— Мне пора, а тебе всё же стоит ещё задержаться и нормально поесть. Выглядишь ты и правде, не очень, — он ушёл, а я ешь долго сидела и просто смотрела в свою тарелку, размышляя о том, как я довела себя до такого состояния.
За два года наших отношений я так никогда и не бывала в загородном доме Саши. Я вообще не была любительницей загородного
отдыха, потому что даже когда я давала себе отдохнуть, то меня в любой момент меня могли вызвать в больницу, а отсюда очень далеко добираться до клиники. Если так подумать, то наши с Вороновым отношения никак нельзя назвать нормальными, потому что мы никогда не отдыхали вместе, мы вообще очень мало времени проводили вдвоём и теперь я вспоминаю, что это была не вина Саши, а виной мой вечный роман с работой. Я всегда всю себя отдавала клинике и теперь, когда работу у меня отняли, мне не осталось ничего, на что я смогла бы опереться. С этой работой я растеряла всех друзей и знакомых, у меня не было времени даже на любовника, не говоря уже о нормальных здоровых отношениях. Да и вообще, разве можно даже просто задумываться о семье и детях, когда ты всё время, думаешь только о работе? Мой ответ нет. Это горе для семьи, если мама постоянно где-то, но не дома рядом с теми, кто больше всего в ней нуждается.
За последний день у меня происходило какое-то полное переосмысление себя и своих целей. Впервые в жизни, я серьёзно стала задумываться о том, а стоила ли моя карьера таких жертв? Одиночество — самое ужасное чувство, которое только может испытать человек и теперь я понимаю на сколько одинока, из-за чего мне просто хочется волком выть. Сейчас бы я отдала всё, чтобы рядом со мной был человек, на которого я смогла бы опереться и на плечи которого, переложила бы часть своих проблем. Нет, я бы не просила его, чтобы он что-то за меня решил, я была бы благодарна и за то, что он меня бы просто выслушал, но такого человека в моей жизни нет, и это заставляет меня чувствовать себя намного хуже.
К дому Саши я подъезжала в противоречивом настроении. Я больше не знала, чего именно хочу от жизни, но отчётливо понимала, что для того, чтобы начать что-то новое, мне нужно закрыть дверь в своё прошлое и я не смогу это сделать, если не разберусь во всём том, что происходит вокруг меня сейчас.
Дом Воронова был столь же величественен, как и его хозяин. Размеры его особняка поражали, и я даже не представляла зачем одинокому мужчине нужна такая резиденция, но не мне было судить его, но я бы, наверное, не смогла жить в этом доме, тем более что это место охранялось не хуже, чем резиденция президента, а я очень тяжело переношу вмешательство посторонних в мою частную жизнь.
То, что в доме происходит приём стало понятно по веренице дорогих авто, но это меня уже не очень смущало.






