— Не думаю, что для 5 утра это актуальное пожелание.
— Для кого как. Я привык в такое время быть уже на ногах, а бывают такие дни что в это время мой день только заканчивается.
— Откуда всё это? — спросила я, наливая кофе из кофе машины и угощаясь чужим пирожным. Боже, они ещё вкуснее,
чем я могла представить.
— Я попросил, чтобы моя помощница привезла мне все необходимые вещи и заодно захватила твои любимые пирожные. Угощайся, они все твои, — это несчастное пирожное стало у меня поперёк горла.
— Почему ты не уехал?
— Мне нужно поговорить с тобой, и я посчитал что было бы не очень красиво с моей стороны будить тебя, тем более после того, как ты приютила меня и выслушала всё то, что я вчера вывалил на тебя.
— С каких это пор тебя интересуют как со стороны смотрятся твои поступки?
— Вика, давай сразу договоримся прошлое оставить в прошлом. Да, у нас тобой есть своя история, которая очень некрасиво закончилась, и я могу вновь попросить у тебя прощение за то, что тогда так поступил с тобой, но разве это что-то изменит? — да, когда-то он уже пытался извиниться за то, что предал меня. Пытался объяснять что-то, но разве есть оправдание предательству? Нет, и даже если бы я его тогда простила, то это не изменило бы то, что доверие, на котором строился наш брак, было подорвано и я уже никогда не смогла бы поверить человеку, который меня уже единожды предал.
— Нет, но я не имела ввиду события прошлого. Я говорила о вчерашнем дне, когда ты заявился ко мне с дурацким букетом цветов, в то время как тебя ждут больной ребёнок и жена, которая наверняка сходит с ума от беспокойства.
— Во-первых, как я тебе уже говорил, из палаты сына нас выгнали, а что касается Юли… Юля не будет против, когда узнает зачем я к тебе приезжал.
— Ну да, тебе просто нужна была жилетка и вместо того, чтобы переживать горе вместе со своей женой ты решил, что бывшая жена тебе с этим лучше поможет.
— С тобой совершенно невозможно разговаривать по утрам, — меня раздражала сложившаяся ситуация и я уже сто раз пожалела, что вчера пустила
сюда этого идиота, но ещё больше бесило то, что всё это время я будто бы разговаривала сама с собой, потому что за всё время нашего разговора Денис так и не удосужился оторваться от своего дурацкого компьютера, хотя я сижу прямо напротив него. Если он так себя ведёт всегда, то мне искренне жаль его жену и сына.
— А ты и не разговаривай, а просто уходи из моего дома и больше никогда не возвращайся, — я закрыла крышку его компьютера и заставила, наконец, посмотреть на себя.
— Это было грубо.
— Нет, грубо себя ведёшь ты, но даже не замечаешь этого.






