Я очень редко проводила внеплановые операции и то только своих пациентов, потому что специфика моей специализации требует тщательной подготовки
к операции, изучения истории болезни больного, тем более что я оперирую по методике, которая была разработана моим отцом и только недавно получила официальное разрешение на использование, что стоило мне колоссальных трудов и нервов. Одним из условий моего перехода в эту клинику являлось то, что я буду оперировать по новой методике и только плановых больных, которые подписывали согласие на такие операции. Об этом условии было договорено лично с главврачом и если он решил меня попросить провести внеплановую операцию, то дело очень важно для него, и я не имею права отказаться.
— Хорошо, пойдем, — я надела свой халат и отправилась за Анечкой к операционной. — Кто пациент?
— Мальчик, пяти лет, привезли после аварии.
— Что у него по моей части?
— Черепно-мозговая травма с кровоизлиянием в мозг, — история становилась всё более странной, потому что травмами головы я уже не занимаюсь много лет. Последние годы я удаляю только опухоли в головном мозге, а по другим вопросам всегда консультируются у Сергея Владимировича.
— Какого состояние пациента?
— Ребята со скорой смогли его стабилизировать. Сейчас хирурги занимаются внутренними травмами и переломами.
— Почему операцию начали без меня?
— Главврач разрешил.
— Чёрт знает что, — поэтому я и не любила внеплановых операций. Каждый врач считает, что именно его вмешательство должно быть первым, иначе пациент погибнет и в моей практике бывало такое, что из-за упущенного времени на споры пациенты погибали. Да, не самое лучшее окончание рабочего дня.
— Где анализы пациента? — мы уже подошли к операционной, но прежде чем зайти мне нужно получить как можно больше данных, которые помогут мне спасти пациента.
— Ещё не готовы.
— Что? Разве в больнице, из которой его привезли, ему не сделали анализов?
— Скорая привезла мальчика с места аварии, — всё становилось запутаннее, потому что мы не выезжаем на места аварии, а забираем больных уже после оказания первой помощи из больниц.
— Где его снимки?
— У Сергея Владимировича.
— Тогда почему он не оперирует?
— Вика, я правда знаю не больше тебя. Как только мальчика привезли, то им занимался Сергей Владимирович, но потом главный сказал позвать тебя, — прекрасно, история снова повторяется и теперь меня делают крайней.
— Я не буду оперировать в слепую. Или принесите мне снимки, или пусть Сергей Владимирович
сам занимается своим пациентом, — теперь я понимаю почему вызвали именно меня. Наш светило медицины снова отказался брать безнадежный случай, а меня решил сделать крайней.






