А потом спросила: "Ты будешь моим папой?" – и отступила, ухватив Чипа посильнее, внимательно заглядывая в глаза.
Я боялась пошевелиться, лишний шаг сделать в сторону. Горло пересохло. Неспеша провела рукой по Катиным темным волосам. Резко перестало хватать кислорода, и грудная клетка сжалась.
Рома не остался в долгу, опустился около малышки на корточки.
– Я очень этого хочу. А ты? – и улыбнулся.
А я облегченно выдохнула.
С той минуты у нас не просто завертелось, а понеслось.
То, чего я больше всего боялась – оказалось моим банальным страхом.
Деньги в нашей стране решают если не все, то очень многое. В тот же день Катя переехала к нам. Конечно, период адаптации для всех нас был нелегким. Катя подстраивалась под наш ритм жизни, а мы – под ее. Она привыкла жить среди детей, и очень быстро нашла общий язык с Сашей. Мне пришлось уйти из детского дома, финансово мы им по-прежнему помогали, но работать там я уже не могла. Мне было важно полностью посвятить себя Кате, чтобы ее стадия привыкания прошла как можно более безболезненно и незаметно. И счастливый вид ребенка говорил, что мы все делали правильно.
***
– Раз, два, три... – довольная Катюша, держала меня за руку, прыгая, отсчитывала количество ступенек. Ее звонкий голосок радостно вибрировал по всему подъезду, создавая ощущение, что ворвался маленький счастливый ураган.
– Теперь давай по-английски, – улыбнулась и подмигнула ей.
Катюша лишь на секунду задумалось, чтобы еще бойчее продолжить скакать по лестнице и весело отсчитывать число ступенек в пролете.
– Все, мы пришли, – сказала я, подойдя к двери. Маленькая зажигалочка вытащила пальчики из моей ладони и, цепляясь за платье, ручками обхватила мои ноги, весело улыбаясь.
Освободив правую руку от коробки с тортом, я нажала на звонок.
Дверь открылась практически сразу. Мама раздосадовано уставилась на детскую макушку и перевела вопросительный взгляд на меня. Как-то в раз Катя сообразила, что недоброжелательность женщины относилась к ее появлению и юркнула мне за спину, сильнее хватаясь пальчиками за подол платья.
– Держи, – я улыбнулась, протянула маме торт, нарушая немую тишину.
– Не думала, что ты будешь не одна, Даша, – мама пришла в себя и выдавила из себя что-то наподобие приветствия, – проходите, – она посторонилась и приглашающим жестом впустила нас в квартиру, принимая коробку.
– Ты чего? Все хорошо, –
тихо шепнула Кате на ушко, подбадривая ее и помогая расстегнуть ремешок на сандалиях.
– У нас нет детских тапочек. Не снимайте обувь, – мама окончательно обрела голос и смотрела на Катю.
– Ну, нет так нет, – весело подмигнула я девочке и поднялась с корточек, – мам, ставь чайник.






