Кто это на меня обратил внимание?
— И-и-и? — нетерпеливо спросила я, но Коко не ответила, и тогда я не выдержала: — Ты долго будешь тянуть быка за рога?
Подруга засмеялась.
— Обожаю выводить тебя из себя.
— Вампирша! Питаешься моей энергетической кровью.
— Заодно и мою прихлебывает, — согласно кивнул Оливер, доставая из сумки шоколадный батончик.
Я выхватила у него шоколадку и отбежала в другой конец комнаты, параллельно открывая его и засовывая целиком в рот. Это же батончик «Малышка Рут»! Мой самый любимый! Могу съесть тонну, и со мной вообще ничего не будет! Оливер запихнул пальцы мне в рот и стал вырывать батончик, ругаясь на меня матом, отчего я разразилась хохотом и выронила на пол шоколад. Полуразжеванный, весь в моих слюнях, он лежал на полу, служа нам напоминанием о том, что все прекрасное в этой жизни очень быстро кончается.
— Три секунды ведь еще не прошли? — спросил Оливер с надеждой в голосе.
— Он бесповоротно принадлежит утилизации, — заключила Коко, вытаскивая салфетку и хватая ею батончик. В следующее мгновение батончик оказался в корзине, как и наше сердце. Мы не оставили нашего друга умирать одному.
— Это все ты виноват, — заключила я, расстроенно садясь на стул.
— Я?! — обескураженно воскликнул Оливер. — Я?! Это ты выхватила его у меня из рук!
— Ты ведь знаешь, что я обожаю эту шоколадку, и мог бы купить два. Эгоист!
— Вы серьезно будете
ссориться из-за батончика? — вздернула брови Коко, и я не смогла не восхититься ее потрясными тенями. Ну как же обалденно она красится… — Тебе вообще не интересно, кто запал на тебя?
Все внутри перевернулось, шоколад и обида забылись, и вот мы снова сидели в кругу, слушая Коко с замираем сердца.
— Вы ведь знаете МартИна?
Тормоза слетают, и меня прорывает:
— Что?! МартИн?! По мне тащится Мартин? Он? Охренеть! А как ты…
— Да угомонись ты, блин! — раздраженно кричит Коко и затыкает мне рот рукой.
Как я могу остановится, когда она сказала, что по мне умирает Мартин? Этот потрясный темноволосый красавчик из Дании с ореховыми глазками и самой сладкой улыбкой на Земле?
— Нет, это не Мартин, — я разочарованно выдохнула в руку Коко. — Ты помнишь его друга, который лучший в своем потоке?
Глаза Оливера округлились, отчего он стал похож на Кота в сапогах и с благоговение выдохнул, округляя губы:
— О. Мой. Бог. ОХРЕНЕТЬ!
Он зажал себе рот рукой, пытаясь сдержать восторг, и стал бить ногами по ножке кровати, а я же в это время лихорадочно пыталась вспомнить, про кого говорит Коко, но на ум никто не приходил. Кто у них там лучший в потоке? С кем Мартин постоянно таскается? Память, как будто, на дух отшибло.
— Виктор, — широко улыбнувшись, наконец произносит Коко, и это имя взрывает всю мою вселенную, оглушая меня.






