Ее внешность никак не должна повлиять на то, как она справится со своей работой. А это единственная причина, по которой я здесь.
Внезапно Джейк оживляется рядом со мной, его брови сходятся вместе.
— Чесс Куппер… Это типа как Честер Купперпот из фильма «Балбесы», — добавляет он, смотря на нас. — Помните этот фильм?
Наш фотограф бормочет звучное проклятие, что заставляет меня бороться с усмешкой.
— Да, это крутой фильм, — говорит Ролондо Джейку. — Маленький чувак, который играл главную роль, вырос и сыграл Сэмвейз Гэмджи. Кстати о грустном, мужик, я бы никогда не бросился в огонь горы Дум, потому что у меня стояк на какого-то хоббита.
Декс, который молчал до сих пор, с явным отвращением качает головой.
— Он пытался спасти Средиземье от Саурона, болван.
—
Нет, — настаивает Ролондо. — Он хотел Фродо.
Моя ухмылка становится шире. Заставьте этих парней говорить о фильмах, и они будут болтать бесконечно. Джейк прекрасно это знает. Он издает раздраженный звук.
— Алло? Может, вернемся к «Балбесам» и Честеру Купперпоту? Ну, знаешь, тот старый чувак, которого нашли раздавленным валуном?
Лицо Чесс становится полностью красным.
— Да, я знаю, — выдавливает она. — Мои родители познакомились на домашнем предпросмотре этого фильма. Они ждали мальчика, но так как бабушка уже вышила все мои детские одеяльца... — она пожимает плечами, как будто ей скучно, но я не упускаю из вида напряжение в ее изящных плечах. Она в бешенстве.
— И они на самом деле назвали тебя в честь персонажа «Балбесов»? — с ужасом спрашивает Декс.
— Да, — говорит она страдальчески и напряженно.
Я разрываюсь между тем, чтобы решить, нравятся мне ее родители или они просто чокнутые. С одной стороны — это точно оригинально. С другой, разве можно было так поступить с девчонкой?
Ролондо бормочет себе под нос что-то о сумасшедших белых людях,
и явно недостаточно тихо, потому что мисс Честер внезапно разворачивается и шагает в студию своими длинными ногами.
Мы переглядываемся и следуем за ней.
Лофт занимает половину этажа здания. Это огромное открытое пространство со стенами из голого старого кирпича, изношенными дощатыми полами и промышленными черными сетками окон.
Здесь есть жилая зона с массивными коричневыми кожаными диванами и одним из тех кофейных столиков, которые сделаны из грубого дерева. Старый, фермерский обеденный стол расположен напротив полностью укомплектованной кухни.
Это место напоминает мне о моем жилище, и у меня появляется странное чувство возвращения домой. Некоторым парням плевать, где жить, главное наличие огромного телевизора и удобного дивана. Но это не про меня. Наши дома — это наши убежища, и Бог свидетель мы редко проводим время дома, и именно поэтому это должно быть место, которым бы мы наслаждались.






