Наш отец, Бентон Джентри, был куском дерьма. Всегда пьяный, он искал, за что бы нас побить. С ранних лет мы узнали, как быстро меняется его настроение, а также научились прятаться и ждать, пока опасность не пройдёт. Всякий раз, когда ждал, испытывая страх, я всегда мог протянуть руку и утешиться близостью
братьев. Я никогда не был одинок.
Наконец, Корд заговорил. Я понимал, что его веселье было фальшивым.
— Вы голодны, говнюки? Я угощаю.
Чейз толкнул меня локтем.
— Пока нас не прервали, мы собирались пойти поесть курицу.
Я покачал головой. Я оказался почти на пределе своих возможностей, а когда такое случалось, я был склонен спасаться в алкоголе. Так я отключался. Было довольно плохо, что братья, а потом и Сэйлор, видели эту ужасную сторону меня. Я не мог вынести, что Трули тоже это увидит.
— Я в настроении для буррито, — ответил я.
Корд наблюдал за мной. Я думал, он собирается сказать что-то о Трули, но он остановился и улыбнулся.
— Тогда ладно.
Чейз начал подталкивать нас к двери.
— Твой кошелёк станет значительно легче, когда я закончу заправляться.
Корд закатил глаза.
— Да
будет так, — затем он повернулся и коснулся моей руки. — Мы справимся, — уверенно сказал он. — Как всегда.
— Знаю, — я придержал входную дверь открытой. — После тебя, брат.
Глава 7
Трули
— Чего притихла, — спросила Сэйлор.
Я сидела за столиком в глубине зала и ковыряла сэндвич с курицей. Внимательно посмотрев на меня, Сэйлор остановилась рядом с маленькой бутылкой воды в руке.
— Это из-за жары, — ответила я.
Она поставила бутылку и села напротив.
— Чушь. Здесь всегда жарко. За исключением нескольких недель в январе, когда мы достаём из-под кровати куртки и делаем вид, что живём в приличном месте. Но потом снова наступает палящий зной.
Я разрезала сэндвич с курицей пополам. Нет, от этого он не стал выглядеть аппетитно. Похоже, качество в «Безумной курице» пошло на спад. А может, причина
во мне.
— Возможно, с годами я становлюсь мягче.
Моя подруга уставилась на меня серьёзными зелёными глазами. Она рассеянно играла серебряным кольцом на левой руке. Подарок Корда, как символ их любви и будущего. Мы больше не разговаривали о моей безумной ночи с Кридом Джентри. Я не спрашивала о нём и, к счастью, не видела парня поблизости. Было бы ужасно, если бы кто-то, кроме Долли, знал, что каждую ночь я брала рубашку Крида и вдыхала его запах, заставляя содрогаться в теле все нервные окончания.
Сэйлор, очевидно, решила не давить на меня. Она кивнула в сторону последней нанятой официантки. Её звали Джули, она была высокой блондинкой и, насколько я могла судить, злобной фальшивкой.
— Она заставляет меня выглядеть неумелой, — призналась Сэй.






