Разве я не флиртовала? Черт, я не смогла научиться флиртовать, выходя из своего бумажного чехла, в котором меня хранили трое моих старших братьев: Бобби, Коди и Рик вместе с папой и сделали все, чтобы парни держались от меня подальше после того, как менструация и ее гормоны превратили меня из девочки в молодую женщину.
Я могу сказать, что кроме их властной защиты и тенденции погасить любой намек на личную жизнь, стоило мне лишь задуматься об этом, пока я взрослела, я все равно знала, что
меня любили.
Были ли мои длинные волосы подстрижены и причесаны? Нет. Знала ли я, как нанести макияж или накрасить ногти на правой руке? Черт возьми, нет. Были ли мои колени и локти постоянно опухшим? Да.
Понимаешь о чем я? Например, я могу поменять масло, заменить колесо и поставить новый генератор или аккумулятор на свою машину. Я могу насадить червяка на крючок, зарядить оружие, освежевать добычу и измерить улов. Затем… я могу посыпать все это секретной приправой, и в совершенстве приготовить его.
Есть два пути к сердцу мужчины, и благодаря моей маме, у меня есть один из них, а благодаря моему папе и братьям, другой.
Папа всегда говорил, что я похожа на свою маму. Я невысокая — около ста шестидесяти сантиметров, в мои лучшие дни, с миниатюрной фигуркой и с ее бледными светлыми волосами. Таким образом, первый путь к сердцу мужчины — его глаза.
Второй путь через его желудок. Я могу принести домой ужин и приготовить его до совершенства. Проблема заключается в том, что у меня никогда не будет шанса приготовить для мужчины из-за моих братьев. Мой отец скончался от сердечного приступа и если быть полностью откровенной, я действительно не испытываю желания выбраться куда-то и попытаться встретить кого-нибудь. Даже до того, как скончался папа, я уже выплескивала все силы на то, чтобы стать детективом.
Я правда думала, что смогу сделать это.
Сейчас… Я не так уверена в этом.
Единственные две вещи, которые связывают Романа Пейна с чередой пропавших девушек, это одиннадцать нечетких фотографий, анонимно размещенных в общественных местах и записка, найденная с Амандой Роббинс. Кроме этого, нет ничего. Его богатая семья с армией адвокатов, окружающих Пейна, угрожают выдвинуть обвинения против прессы за клевету и дискредитацию.
С фамилией и будущим, как у Пейна, где он станет одним из величайших умов в области женского здоровья, его статус против наших доказательств будет значительно более весомым.
Вопрос, который не покидает мою голову — почему? Почему
человек тратит все свои силы на то, чтобы стать лучшим из лучших в гинекологии, а потом по ночам начинает заниматься, чем? Приказывает им совершить самоубийство? Или еще хуже, убивает их?
В этом и состоит проблема между сержантом полиции, моим крестным отцом — Джеем и мной.






