Ты всегда была на стороне наблюдателя. Я хочу знать, почему и чего именно ты хочешь. Ты говоришь мне, что хочешь меня, но я верю, что та Мак, которая не должна быть раскрыта, хочет мои грехи. Ты так беспокоишься о моей чертовой добродетели.
Я быстро поднимаюсь и заставляю себя вплотную прижаться своей грудью к его твердой груди и протолкнуть правое колено между бедер мужчины, скользя по растущей эрекции:
— Я не забочусь о твоей добродетели, и меня не волнует, даже если в действительности ты окажешься самим дьяволом; я хочу тебя Роман, я хочу все это. Когда ты задумываешься, стою ли я того, ты ошибаешься. Я всего лишь женщина, которую ты видишь перед собой. Извиняюсь за свое неловкое и несвоевременное появление в твоей жизни. Впрочем, то, чего я хочу, остается неизменным. Я, бл*дь, хочу тебя, всего тебя. На время.
Прежде, чем могу понять, что происходит, я оказываюсь повернутой лицом к стенке, после того, как он толкает меня обратно в маленький проход нашей кабинки, где я до этого сидела… Наблюдаю за его спиной, как он отступает, быстро перемещаясь через темный бар. Я чувствую, что весь прогресс, которого мы достигли, исчезает, когда он выскальзывает за дверь. Я не хочу его.
Хорошо, я не хочу его желать.
“Знаешь, тебя ожидает холодный, ужаснейший день в аду от кармы, когда ты окажешься на
моем месте.”
Возможно, Роман Уильям Пейн — дьявол. А сумасшедшая и ужасающая правда заключается в том, что я только поняла, какой силой обладает Роман и как легко он может меня раздавить. Проблема в том, что я не могу сойти с того пути, которым следовала два года. И никуда не деться от того, что мое сердце прямиком идет к тому, чтобы быть разбитым.
Роман сломит меня.
Он позволит мне упасть.
Он причинит мне боль.
Он заставит меня истекать кровью.
Но я не смогу сделать ничего, чтобы остановить его. Я зашла слишком далеко, и это должно дойти до логического завершения.
Глава 5
Роман
Сидя в своем "Мазератти", находящимся в полумраке, специально созданным мною, когда я разбил несколько уличных фонарей, бросив в них камнем, я наблюдаю, как Хизер ступает на влажный асфальт, и вижу, как загорается неяркий свет от сигареты, когда она прикуривает ее, поглядывая в ту сторону, где утром был припаркованным мой автомобиль.
После того, как выдыхает полные легкие дыма, она садится на грязную бетонную лестницу и поочередно вытирает слезы, струящиеся
по ее щекам, и подносит сигарету к губам.
Я даже не знал, что она курит. Это самая отвратительная привычка, которая может быть у человека и одна только мысль о ней, занимающейся чем-то подобным, разжигает мой гнев до нового уровня — ярости.
Внезапно, она поднимается со ступенек, щелчком отбрасывает половину сигареты на землю и направляется к своей машине, копаясь в сумке, даже не глядя, куда идет.






