Я пальцем нажимаю
на звонок, и тотчас же тяжелая дверь распахивается, и меня затаскивают внутрь темного, холодного дома Романа. Обе мои сумки падают на пол прямо перед тем, как я ударяюсь спиной о каменную стену его фойе, и мои руки прижимают к ней, и одной рукой Роман удерживает их у меня над головой, в то время как другой он плотно обхватывает меня за шею.
Сигнал тревоги настолько громок, что нахрен не вызывает сомнений, что все то, о чем предупреждали меня братья и дядя Джей — правда.
Не играй с волком, Мак, и не увидишь его зубы.
В том-то и проблема, Мак, твоя неспособность поверить, что он способен на убийство — убьет тебя, если ты вздумаешь глупить, сестренка.
Ты ему НРАВИШЬСЯ! Ты не можешь отделить факты от своих чувств к нему! Этот человек, бл*ть, прикончит тебя раньше, чем ты осознаешь, что он действительно дьявол, как утверждает его досье!
“Мак, двенадцать пропавших женщин связаны с ним. ДВЕНАДЦАТЬ. Ты же не думаешь, что это совпадение! ТЫ ЖЕ УМНАЯ ДЕВУШКА, МАК!”
Я продолжаю смотреть на него,
в то время, как его хватка на моей шее становится жестче, а ногтями он впивается мне в кожу.
Мне удается выдавить слова, застрявшие в горле, прямо перед тем, как мой мир чернеет.
— Это правда, все это, все двенадцать… Это правда. Ты был дьяволом в ангельском плаще все это время, они всегда были правы. Я просто не хотела верить…
Вот и все. Это все, что она написала, дамы и господа. Мне конец. Если не в этот день, то, в конце концов, когда он захочет, я умру от его руки, зная, что сама пришла на порог его дома по собственной воле, с надеждой, одетая с иголочки и в своих любимых трахни-меня-туфлях.
Глава 7
Роман
Ее слова продолжают прокручиваться у меня в голове. “Это правда, все это, все двенадцать… Это правда. Ты был Дьяволом в ангельском обличии все время, они всегда были правы. Я просто не хотела верить…"
Обработав раны, оставленные у неё на шее от моих ногтей, я накладываю на них повязку, что совершенно на меня не похоже. Мне нужно, чтобы она очнулась, и я делаю ей инъекцию с несколькими кубиками адреналина. Видимо, у нее
шок, так как рекомендуемая доза не срабатывает.
Ее слова, словно вязкая паутина, скрутившая меня, цепляет за собою всю вереницу предыдущих вопросов и предположений о том, что, черт побери, от меня нужно Хизер Маккензи.
Вначале я оправдывал ее присутствие не более, чем влюбленностью молодой девушки. Девушки, которая была новенькой на втором году педиатрической ординатуры в семейном исследовательском центре, в котором мой отец был главой, и все держал железной хваткой.






