— Москвич конечно вещь — согласился я — но где же я его куплю? Очередь. А с рук Каменногорске не продает никто. Ничего. Было бы желание, а починит всё можно. Не лазил я еще туда толком, но думаю можно востановить.
— Ну смотри. По мне так не справишься. Твоё конечно дело. А вот насчет кирпича. Где брать собрался? Лес бы тебе выписали на починку дома,
депо выделит, я думаю. А вот кирпич где у нас брать я не знаю. Вроде не продают его нигде.
— Продают. В райцентре. Я узнавал уже — вклинился в разговор Андрей, занося в беседку истекающие жиром шашлыки — можно договорится, были бы деньги. В ПСК (передвижной строительная колонна) с «шабашниками» договорись. Они сами всё достанут. С ПСК вообще можно официально договор заключить, что бы вопросов не было. Ты конечно Кирюха, в депо заявление напиши, что бы лес сухой из фондов своих выделили, как погорельцу. Я справку тебе дам, и сельсовет тоже, не проблема. Лес завезешь, а там уже решай из чего и как строить.
Я заинтересовался. Лес. Тем более сухой очень нужен. И где-то я такое слышал, что можно было раньше в СССР, строй материалы бесплатно получить. Планов у меня куча.
День прошёл замечательно. Мы парились в бане. Выпивали и ели шашлыки. Потихоньку вели задушевные разговоры. Никто нам не мешал и за забор не заглядывал. Отличное место. Тихо и спокойно. Поначалу,
Семен и Иваныч еще сторонились Андрея, помня о том, что он действующий милиционер. Но потихоньку выпитая водка и совместные заходы в баню стерли между ними всякие границы.
— Лодка почти новая — просвещал меня Семен. Когда мы с ним вдвоем решили всё же, после очередного захода в парилку, окунутся в речку и стояли на самодельном пирсе глядя на лодку, закрытую брезентом — я помню, как её в посёлок привезли. У полковника еще мотор к ней был, «Москва», почти новый, на видел? — дождавшись моего отрицательного качания головой, продолжил — Они постоянно вдвоем на рыбалку и охоту ездили, с Савельичем.
— Это кто такой? — спросил я, стуча зубами и на бегу. Возвращаясь в баню.
— Это прапорщик. Тоже здесь недалеко живет. Они вроде как воевали вместе. А потом Полковник его с собой сюда забрал. На том же складе служит. Везде вдвоем ходили и семьями дружили. Он же первый на пожар прибежал и полковника из дома, горящего вытащил. Да поздно уже было. Сокрушался очень, а на похоронах так и плакал не скрываясь. Крепко мужики дружили.
— Ясно — я вспомнил своих старых друзей. Добавить было не чего. Мужик уже в возрасте. В эти годы друзья остаются только
самые крепкие, настоящие. Остальная шелуха отсеивается. Потеря каждого друга воспринимается очень серьёзно и болезненно, как личное горе.
День закончился. Мужики разошлись по домам, а я сидел на лавочке возле беседки и смотрел на огонь костра. Планов много, часть уже воплотилось.






