Дверь глухо хлопает, я разворачиваюсь и застываю на месте. Передо мною Макс.
Прошла пара недель, а он так изменился. Издалека я и не заметила. Волосы стали короче. Макс сменил прическу. Теперь его виски были коротко подстрижены, а на макушке лежали в хаотичном беспорядке. Он стал взрослее, мужественнее. Над губой и подбородке небольшая щетина, как будто пару дней не брился. Макс вечь в черном, а глаза голубые, как море.
Моя пропасть.
— Привет — здоровается и прочищает горло, разглядывая мое лицо.
— Привет — складываю руки на груди.
Макс
нависает надо мной, пряча руки в карманах толстовки и нервно сглатывает.
— Мне нужно с тобой поговорить, все рассказать.
— Где бы был? — задаю мучавший меня все это время вопрос.
— С мамой. Она в клинике лежит.
— Что с ней?
Макс поджимает губы.
— Нервы — тяжело вздыхает и потирает лоб.
— Я волновалась за тебя, но потом Девлегаров мне все рассказал. Только ты на него не обижайся, я крепко его достала — пытаюсь улыбнуться, и Макс тоже.
Но потом он опять хмурится.
— Прости, Рита — подходит почти вплотную, отчего у меня сердце заходится. — Прости, что повел себя, как последний мудак. Я ведь не поверил Семину, но как вырулить из этой ситуации не знал. Мне нужно было во всем разобраться самому.
Смотрю на него жадно. Вдыхаю знакомый запах туалетной воды. Такой родной. Макс рядом, но почему то меня не покидает чувство, что уже не мой. Раньше у меня была надежда, что мы еще сможем простить друг друга и быть вместе. С момента нашей ссоры я этой надеждой жила.
А теперь вокруг такая безнадега, дыра, пустота.
Почему он не обнимет меня?
— Я тебя простила — стараюсь говорить спокойно, а сама уже в отчаянии. Хочется заорать на него, встряхнуть, чтобы сделал что-то. Я не хочу расставаться. — Это все?
Макс шарит по моему лицу, на миг застывает на губах, а затем возвращается к глазам.
— Я уезжаю в Кельн после выпуска.
Вот теперь то самое чувство, что двигало Таней, накрывает
меня, как цунами.
— Ты же не хотел там учиться.
Макс взъерошивает короткие волосы на затылке и растерянно оглядывается.
— У отца оказались весомые аргументы.
— Я все поняла — перебиваю его дрогнувшим голосом, потому что никак не получается усмирить взбунтовавшийся ритм сердца.
Дергаю на себя тяжелую дверь, но Макс тут же толкает ее назад.
— Ничего ты не поняла — раздается возле уха.
Разворачиваюсь и натыкаюсь на его лицо близко-близко.
— Я люблю тебя — прижимаюсь к его губам и прикрываю глаза, чтобы запомнить. Отстраняюсь. Макс тянется за мной, но я прикрываю его губы своей ладонью. — И желаю тебе всего самого лучшего, правда.
Убегаю на урок, пытаясь справиться с потоком слез, что рвутся наружу.
Глава 30
Billie Eilish — When the party's over
Сегодня мне восемнадцать. Удивительный день. Так непривычно чувствовать себя полностью самостоятельной.






