— Ладно, я знаю, что ты, возможно, не совсем там, но ты знаешь, для чего мы тренируемся, верно?
Он закатывает глаза, заводя машину. — Да, придурок. Сегодня вечером у нас был наш спортивный банкет. У меня еще не было времени переодеться, поэтому я заеду домой по дороге. Решил сначала заехать за тобой.
Чертовски мило. Я откидываю голову на спинку сиденья и кладу ноги на приборную панель, наплевав на его драгоценный интерьер. — В следующий раз заезжай за мной
после
того, как соберешься.
Поездка к его дому проходит в тишине, если не считать негромкой музыки, доносящейся из динамиков. Я смотрю в окно и наблюдаю, как он въезжает в дорогую часть города. Двухэтажные дома превращаются в особняки, и когда он въезжает в самый богатый район в радиусе двадцати миль, я не могу сдержать невеселый смешок, срывающийся с моих губ.
Почему я не удивлен?
Сворачивая на его подъездную дорожку, дом перед нами мог бы вместить примерно семь моих. Это чертовски массивно. Больше, чем
что-либо, что кому-либо
на самом деле
нужно, за исключением, может быть, семьи из семнадцати человек.
— Я сейчас вернусь, — говорит он мне и выпрыгивает из машины.
Я достаю свой телефон и начинаю прокручивать его, когда мое внимание привлекает движение в зеркале заднего вида. Кто-то идет по дорожке у соседнего дома. Я прищуриваюсь, пытаясь понять, что такого знакомого в этой девушке, пока, наконец, до меня не доходит.
Делейни
. Конечно, она тоже здесь живет.
Я наблюдаю за ней через зеркало. Она выглядит естественно красивой в спортивных штанах и толстовке с капюшоном, обхватывая себя руками, чтобы согреться, когда идет к своему почтовому ящику. Часть меня подумывает остаться на месте, но желание выйти и поговорить с ней слишком сильно, чтобы сопротивляться. Итак, я выскальзываю из машины и направляюсь через улицу.
— Привет.
Удивление
на ее лице очевидно. — Нокс? Что ты здесь делаешь?
— Жду Грейсона. Я увидел тебя здесь и решил подойти поздороваться.
— Как мило с твоей стороны, — невозмутимо произносит она, затем разворачивается, чтобы вернуться внутрь.
Я откидываю голову назад, смеясь. — Так, значит, это все? Больше не притворяешься милой? Одной маленькой ссоры было достаточно, чтобы сломать тебя?
— Нет. — Она останавливается и снова поворачивается ко мне лицом. — Мне просто не хочется сейчас иметь дело с кем-то вроде тебя.
— Кто-то вроде меня?
Она скрещивает руки на груди. — Грубый. Высокомерный. Заноза в заднице.
Задница
. Я изо всех сил стараюсь скрыть свое веселье. Истон был прав, она действительно чертова Дева Мария.
— Посмотри на себя, делаешь предположения, как будто знаешь меня.
— Ты хочешь сказать, что я неправа?
Мое лицо расплывается в широкой улыбке. — Нет. Ты совершенно права. Я — все эти вещи.






