Для меня это не сулит ничего хорошего. Я его кинула. Я его обманула. Я его пыталась ограбить.
И… Мамочки!!
Я вижу его член. Все - таки не в лесной общине жила. Процесс мальчик в девочке, хоть отдаленно, но представляю. ЭТОТ монстр, во мне бы, никогда не поместился. Сам вид не отпугивает. Отпугивает XXXL. Щедро же его природа наказала. Какой девушке это понравится. Не мне так уж точно.
Выдыхаю облегченно, что между нами до большего не дошло. И мысленно благодарю
высшие силы, что избавили от подобных мучений и неловкости. Ее, за сегодняшний день, итак в избытке.
Его руки сдавливаются гораздо крепче, чем до этого. Жмут, впиваясь , я так подозреваю, в желании переломить мое тело на две неравных части. Вес, во мне, какой – никакой, но есть.
Он держит на слегка вытянутых , не напрягая мышц. Практически кончиками пальцев. Да так сильно, что меня передергивает, как пластмассовую змейку по суставам.
Парик, от резкой встряски, покидает голову. Тем самым избавляя от назойливого зуда. И снова, облегчающий мандраж, прокатывается по коже. Диву даюсь, как теть Зина сутками напролет в нем рассекает.
– Ну, что, добегалась Анжелика Скворцова. Поймана с поличным, на месте преступления. Отпираться бессмысленно, – проговаривает Сашка со всей официальностью в голосе и обнаженным телом.
Мой взор утоплен на бороздках жетона, что висит на его шее. Дата рождения. Группа крови. Вот их я и читаю. Строгий серебряный аксессуар немного отвлекает, от непроизвольного скольжения зрачков вниз.
Отпускает на пол и обходит, нисколько
не стыдясь наготы. Я, стекаю, скрючившись на влажном кафеле.
Нет – нет, да поглядываю, на его прокаченную во всех местах фигуру.
Мечтала посмотреть - вот теперь любуйся, на пару впадинок над упругими ягодицами. Укоряю сама себя за недавние желания. Широкие плечи и узкие бедра. Ни дать - ни взять античный герой. Он - то тебя и погубит. Как бы сейчас не хотелось, взреветь белугой.
В тюрьму мне нельзя. А как же мама и Лиза. Куда они пойдут, если Корней заберет у нас квартиру.
– Саш, что ты собираешься делать?
Верчу головой, отмахиваясь от противоестественных желаний, как от пуль, свистящих по мозгам. Он полицейский - Я преступник. Итог наших отношений – железный хештег. Перед глазами проносится небо в клеточку – друзья в полосочку.
– То что положено в таких случаях – допрос, а затем оформление под стражу.
– Можно же по - хорошему разойтись. Я осознала вину и, – подхватываюсь и бегу в спальню, – Верну все, что взяла. Отработаю там….не губи, миленький, - все - таки распускаю нюни. Для большей жалобности прибегая к пенсионерскому сленгу . Падаю пред ним на колени и закрыв ладошками лицо, тонко всхлипываю.
– Лик, что за цирк? Неужели, когда хаты обносила, не понимала, что это - наказуемо - порывисто взлохмачивает волосы.






