Бес год назад вскрыл большую группу муров которые проникли в стаб благодаря двум долбоёбам-ментатам. Один молодой. А второй старше, но он как раз и сам был муром. Молодой «выписал» ему ксиву, и тот якобы приехал сюда из-под Вавилона. То есть автоматически проверенный чел. А Бес их заподозрил и вывел на чистую воду, сперва старого, запросив через другие канала его «ксиву». Затем прессанул молодого. Обоих повесили, а вместе с ними и ещё тридцать восемь человек. Принцип тот же, накопление спящих агентов в городе и взрыв изнутри вместе с атакой снаружи.Проколовшись здесь нолды, сконцентрировались на Центре, а там Граф и пять сотен говноедов.
— Получается он спас Остров? Так он следователь! Вот это хорошо, потому как я всё же больше оперативник.
— Получается, но муры поклялись его прикончить в отместку за те сорок тел. С тех пор он под круглосуточной охраной.
— И здесь мы… с одной стороны мы ему делаем одолжение. Вывезем подальше отсюда.
— С одной, — согласилась Лиана, — а с другой, на пленэре его могут достать ещё быстрее.
— Устанут. Наташа не даст, да и мы на что? Почему он сразу не рассказал об этом мне? Я должен быть в курсе всех угроз.
— Наташа сказала, что он стесняется, — ответила Лиана. — Ему неудобно плакаться папочке.
— Не те обстоятельства, своей ложной скромностью может всех подставить под ножи. Ладно, я поговорю с ним. Кем он бы в прошлой жизни?
—
Патологоанатомом.
— Ну точно. Его глаза мне всё сказали. Ну хоть в обморок не упадёт и блевать не будет. Присматривай за ним, когда меня рядом нет. Кстати, как ты думаешь дорогая жёнушка. Не может быть он сам муром?
— Сдать сорок человек и подобраться к Удмурту?
— Почему нет?
— Чего он тогда ждал целый год?
— То же верно. Ладно понаблюдаем. Ты же знаешь какой я подозрительный особенно к новым лицам.
— Компания у нас маленькая, если он гнилой, то это быстро всплывёт. Прикончить всегда успеем.
— Ты добрая…, — я притянул её к себе. Сильное молодое тело к тому же приятно пахнувшее. При всём этом меня к ней тянуло, а это говорят самое главное. Она обняла меня за шею и нежно поцеловала в губы. Я уронил бретельку её маечки, затем вторую. Маечка неохотно сползла вниз, отчаянно зацепившись за два упругих больших холма с вызывающе торчавшими сосками… и в этот миг за окном истерично завыла сирена.
— Вот уроды! — вырвалось у меня.
— Я так и знала! Обломщики. Что ещё?
— Сиди, я спущусь, узнаю в чём дело, — быстро одевшись я скатился с третьего этажа в холл. Внизу уже стояли Гном и папаша Кац, держась друг за друга и распевая песню. «Й-хо-хо-хо и бутылка рома»! В этот момент в проёме входной двери показался солдат с улицы.
— Тревога! Элита в городе! Они уже в конце улицы.
— Минуту! — через десять секунд я был в нашей комнате. — Занимай позицию здесь. Прикрывай нас на улице.






