Хоть с какой-то частью свалившейся на меня ответственности.
К
одиннадцати меня ждали в главном офисе компании. Там, где отец, по обыкновению, проводил большую часть своего времени. Я же в офисе бывала нечасто, лишь изредка заезжала к отцу, увидеть его или позвать на обед. Даже особо не интересовалась происходящим на трех этажах высотного офисного здания. И только сегодня, выйдя из машины и закинув голову, чтобы посмотреть наверх, на сияющие в солнечных лучах зеркальные стены здания, задумалась о том, что наша компания, на самом деле, процветает, если мы можем позволить себе аренду трех этажей практически в центре столицы. Точнее, процветала. Что будет дальше, никому неизвестно. И от мысли, что я несу ответственность, и за себя, и за многочисленных сотрудников, мне становилось не на шутку страшно. Без преувеличения – страшно. Я вдруг почувствовала себя в ловушке.
– Марьяна Александровна, доброе утро. Мы вас с нетерпением ожидаем.
Я заставила себя улыбнуться. Нас с Пал Палычем встречал заместитель отца по руководящей работе, я даже вспомнила, как его зовут. Олег Романович Спесивцев. Примечательная фамилия. Помнится, однажды он встречал меня в аэропорту, когда я возвращалась на каникулы в Москву. Мне было лет семнадцать, Олег Романович тогда едва начал работать на отца, был моложе, имел на голове собственную шевелюру, которую к сегодняшнему дню, на нервной работе, благополучно растерял.
– Примите мои соболезнования, Марьяна, -
проговорил он, глядя мне в глаза.
– Спасибо, - проговорила я, и украдкой кинула взгляд на своё отражение в зеркальной стене рядом с лифтом.
Наверное, выглядела я хорошо. Оделась в соответствии с ситуацией. Строгий костюм чернильного цвета, лаковые туфли на шпильке, строгий черный клатч в руках, а глаза прикрыла темными очками от Dior. Я шла по мраморному холлу офисного здания, и чувствовала, как меня провожают взглядами. Не хотелось думать о том, что меня узнают со стороны незнакомые мне люди, предпочитала думать, что привлекаю внимание тем, что меня окружили пятеро мужчин. Двое из них охрана, включая Пал Палыча, и трое кинулись навстречу, стоило нам появиться в холле, и едва ли не раскланялись передо мной.
– Нас уже ждут в зале заседаний, - сообщили мне.
Я сняла темные очки, невольно нахмурилась и на всякий случай уточнила:
– Кто ждет?
Олег Романович от моего вопроса заметно растерялся.
– Руководящий состав. Все собрались, Марьяна. В сложившихся обстоятельствах… -
Спесивцев, кажется, сам растерял слова, замолчал и только развел руками.
Мне пришлось кивнуть и негромко проговорить:
– Я понимаю.
Больше всего меня раздражало чужое внимание.






