ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мемуары капитана парашютно-десантного полка Дэвида Блейкли об его участии в составе взвода Следопытов в Иракской кампании 2003 года Первый в деле — официальный девиз одного из самых маленьких и секретных подразделений британской армии, взвода следопытов 16-й воздушно-штурмовой бригады. Неофициально, они незаконнорожденные сыновья SAS. И подобно их коллегам в Херефорде, работа следопытов заключается в том, чтобы действовать незаметно и незамеченными глубоко в тылу врага. Когда британские войска были развернуты в Ираке в 2003 году, капитану Дэвиду Блейкли было поручено командование разведывательной миссией такой критической важности, что она могла изменить ход войны. Это история о девяти мужчинах, действующих в одиночку и без поддержки, в 50 милях впереди отряда морской пехоты США и направляющихся прямо в осиное гнездо, кишащее тысячами вооруженных до зубов вражеских войск. Это первый рассказ об этой экстраординарной миссии — брошенной командованием коалиции, не оставленной без выбора, кроме как с боем пробиваться с заднего двора врага. И это дает захватывающее представление о самих следопытах, таинственном подразделении численностью всего 45 человек, которое занимается своим ремеслом с небес. Обученный спускаться с парашютом на вражескую территорию далеко за передним краем сражения — сбрасываясь с большой высоты, вдыхая баллонный кислород и используя новейшие технологии прыжков с парашютом — он уникален. Из-за новых правил, введенных с момента публикации «Браво Два ноль», почти десять лет не было сообщений из первых рук о британских силах специального назначения, ведущих современную войну. И ни один член «Следопытов» никогда раньше не рассказывал свою историю, до сих пор. Следопыт — единственный рассказ из первых рук о миссии ЮКСФ, появившийся почти за поколение. И это может быть последним. Девять человек. 2000 врагов. Никакого подкрепления. Никакой поддержки с воздуха. Никакого спасения. Никаких шансов…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы совершали форсированный марш, который был жестче и быстрее, чем во время отбора в Следопыты, и один из наших парней серьезно страдал поносом. Несмотря на холод, от такого темпа мы вспотели, но каждый раз, когда нам приходилось останавливаться, чтобы Лео мог посрать, мы быстро замерзали. Несколько часов подряд нам было жарко-холодно-стоп-пошли, но Джейсон ни разу не сбавил темп. Я подумал

о том, что в начале недели он финишировал последним на тренировке Следопытов, но здесь, на вересковых пустошах, под непосильной нагрузкой, его было не остановить.

Мы помогали Лео, как могли, и каждый из нас знал, что если бы мы оказались в плачевном положении Лео, ребята сделали бы то же самое для нас. Мы наверстали упущенное время и сумели засечь цель, но к тому времени мы были по уши в дерьме Лео. И все это на самом деле было не по душе Дезу.

В Кэмп-Тристар вода, предположительно, была строго нормирована, но Дез постоянно принимал душ. Он был полон нервной энергии и постоянно качался и подпрыгивал. Он либо бегал и отжимался, либо принимал душ, смывая с себя пот и пыль. На крыше было что-то вроде гигантского детского бассейна, из которого в душевые насадки подавалась нагретая солнцем вода. Душевые представляли собой открытые фанерные ящики, которые оставляли свободными голову и плечи.

Трикки все это время издевался.

— Дез, чем ты сейчас занимаешься, приятель?

Дез начинал беспокоиться, что он сделал что-то не так.

— Я просто моюсь, не так ли? — отвечал он, защищаясь.

Трикки приподымал одну бровь.

— Но ты же мылся сегодня утром, приятель.

— Да, но я только что сделал еще несколько физических упражнений, так что я снова вспотел.

— Дез, нет ничего плохого в том, чтобы потеть. Ты теперь не в морской пехоте, приятель. Ты теперь Следопыт.

— Да, я знаю, приятель, но трудно избавиться от привычки, а я прослужил в армии

тринадцать лет, и мне просто нравится поддерживать форму и соблюдать чистоту.

Трикки выпускал длинный шлейф сигаретного дыма.

— Дез, успокойся. Как только мы пересечем границу, мытья не будет неделями подряд.

Я полагал, что Дез не вписывался в Следопыты, но в глубине души он нравился парням. Он вступил в армию в шестнадцать лет и дослужился до сержанта REME. Он отказался от любых шансов на дальнейшее продвижение по службе, а также от всей зарплаты и льгот, которые с этим связаны, потому что быть оператором Следопытов было единственным, чего он жаждал. Он не хотел командовать сотней механиков, чинивших танки. Он хотел быть частью патруля из шести человек, участвующего в операциях в тылу врага. Дэза не особенно беспокоило, что у него было меньше всего боевого опыта в нашей команде. Он выполнял любую работу, о которой его просили, и стремился учиться, а это требовало настоящего уважения от остальных из нас.