Принц усмехнулся, поправил волосы и стряхнул руки.
— Тьфу, мелочь бестолковая, — выругался он еле слышно.
Деревушка была совсем крохотная. Косые лачуги с соломенными крышами плотным кольцом огибали некое подобие площади. Практически идеальный круг нарушала таверна, стоявшая справа от ворот и нагло выступающая на пару шагов вперед, да кузница настолько широкая и нелепая,
что требовала больше пространства, чем все остальные. Но было все-таки что-то милое и очаровательное в этом селении. Казалось, что тут жила одна большая семья, где все знали друг друга, доверяли и были счастливы. Собственно, так оно и было, одним словом, обычная деревня.
Если ты и хотел что-то узнать, то сделать это можно в местной таверне, где мог найти покой трудяга или тунеядец, а как же без них. Так юноша и поступил — он подошёл к длинному бараку с широкой деревянной дверью, где его остановил высокий человек лет сорока. У него были густые усы и лысый лоб. Он взглянул на юношу пронзительными голубыми глазами и сказал:
— И что же ты им сразу не навалял, дурачью этому? Неужто вил испугался? — он по-дружески положил руку ему на плечо, будто знал принца с рождения.
— Просто не хотелось ссориться, — Эрлей брезгливо скинул руку незнакомца. — Всё-таки охрана. Да и силой не стоит решать вопросы.
— Какая охрана! — воскликнул человек. — Это местные забияки. Ловят незнакомцев и потешаются над ними. Им бы как раз хорошая взбучка не помешала. Кстати, забыл представиться я — Олтор — староста этой деревни.
— Рад встрече, я — Эрлей, — голос мужчины был спокойным и уверенным, он не был похож на обычного крестьянина, по крайней мере по манере разговора.
— Скажи-ка, ты откуда прибыл? — после этого вопроса последовало молчание, на которое староста ответил, — не хочешь не говори. На купца ты не особо похож, значит, тебе нужны деньги, — оценил его Олтор.
— Вообще-то — да, — стесненно ответил юноша. — Нужны деньги и сведения. Вы можете мне чем-то помочь?
— Ааа, эти мерзкие склалроги достали! — скорчился мужчина.
— Кто? — не понял Эрлей, парень подумал, что это недостаток знания местного наречия.
— А! Ты ж не местный. Склалроги — это такие водяные. Нелюди речные. Каждую ночь вылезают из реки и воруют пропитание. Местные страсть какие суеверные, боятся их и ничего не делают. А надо всего-то расставить огоньки.
Смогешь?
— Неужели сами не можете? — удивился простоте задания юноша.
— Не можем! Этот Ларадок, будь он не ладен! — посетовал староста. — Говорит, что это наша кара и учит нас смирению, да и местные бояться чего-то.
— Вот негодяй! — согласился Эрлей.
— Так, значит, это тебя его парни так отделали? — принц весь сжался и утвердительно кивнул. — Ну, ну, бывает. С Ларадоком шутки плохи.






