От испуга начинаю визжать на одной ноте и запрыгиваю на трюмо. За крысиной попой пулей пролетает жирная Люсинда. Лови. И
обе они молниеносно скрываются под моей кроватью. Да что за день сегодня такой?
Стоит начать думать, как замолкаю. В комнату влетает Эрхан, за ним Форос, Эворд, целитель.
— Хозяйка, что случилось?
— Марцелла, что с Вами, почему вы на трюмо? — интересуется Форос светским тоном. Никакого сочувствия в голосе. Мерзавец!
Протягиваю палец в сторону подкроватного царства кошки.
— Там!
Мужчины дружно ложатся на пол и заглядывают под кровать. У Эрхана в руке почему-то нож, у остальных просто вытянуты правые руки вперёд.
— Но тут только кошка. Вы её не узнали? Это Люсинда. Просто у вас был слишком тяжёлый день, — голосом, предназначенным для душевно больных вещает Форос.
— Марцелла, вы испугались крыски? — оборотень.
— Это не крыса! Всё намного хуже! Это крысиная попа! С хвостиком! Бррр! Я её трогала. Случайно.
— Хотите я вынесу кошку вместе с ЭТИМ?
— Эрхан, Вы мой спаситель.
Из-под кровати, пятясь задами, вылезают лорд, стражник и лекарь. Смотрят на меня с недоумением. Кровать ходит ходуном. Люсинда рычит и без боя сдаваться явно не собирается. Боится, наверное, что отберут еду. Наконец-то появляется Эрхан с кошкой на руках. Крысиный хвост болтается, свисая из пасти. Я невольно вжимаюсь в стену и встаю ногами на шкатулку.
—Госпожа чёрная ведьма, что с Вами? — участливо спрашивает лекарь. Тут нет никакой опасности. Вы можете спускаться.
Форос, мерзавец, начинает хохотать.
— То есть,Вы не испугались вооруженной банды, сильного опытнейшего колдуна, но боитесь, простите, мне даже сложно это произнести, куска крысы? — спросил он сквозь слезы.
— Форос, я Вас никогда не прощу! Лучше бы помогли слезть.
— Марцелла, разрешите, я Вам помогу? — ко мне делает осторожный шаг Корнелиус.
— С удовольствием, — протягиваю к нему обе руки. Только у меня одна рука в крысе.
— Это меня не смутит. — И осторожно кладёт обе своих горячих ладони мне на талию. Легонько приподнимает меня и снимает со злополучного столика словно легкую куклу. Будто я совсем не имею веса. Аккуратно ставит
на пол. Мои ладони оказываются у него на плечах. Смущаюсь от такого положения. Заливаюсь краской.
— Где ваше платье, прекрасная ведьма? — отстраняется.
— Вон та грязная тряпка. Указываю пальцем.
Все трое мужчин склоняются над испорченной вещью. Растягивают на полу.
— Господа, видите места проколов? На них следы зелья, смешанные с кровью чёрной ведьмы. Сейчас это должно быть видно всем здесь присутствующим. Следы очень ясные.
– Целитель увлечённо указывает на крошечную дырочку.
— Вот теперь я Вам полностью верю, Марцелла. Но, признаться, не понимаю, как такое возможно. Вы уже давно должны были быть мертвы.
— Ну уж нет.






