Да, легко не будет, сложности будут всегда, но мы же справимся! Я обещаю тебе, все у нас получится. Поверь мне… Кристина, не бросай меня.
Каждой женщине важно знать, что ее любят без условий: богатая она или бедная, здоровая или больная, красивая или не очень, святая или грешница последняя… Кристина знала: ее любят. Даже такую — испорченную, падшую психопатку с ножом под подушкой. Она видела, что Этьен принимает ее такой, какой не примет мир, и не знала, что с этим делать. Очень хотелось поддаться, согласиться, принять его заботу и любовь, но имеет ли она на это право? Кто она такая, чтобы принимать столь щедрый дар от будущего короля? Зачем ему такая проблемная? Ему нужна принцесса какая-нибудь заморская — юная прелестница с безупречной репутацией и крепким здоровьем. Ему наследники нужны. А она и на это уже, наверно, не способна — регулярные отвары, которыми ее поили после каждой проведенной с Филиппом ночи, дабы не забеременела ненароком, едва ли добавили ей здоровья.
Этьен смотрел на нее и ждал согласия. Ждал заверения, что она останется с ним. В глазах ее растерянных блестели слезы — она не знает, что ей делать. Она любит, она любима… Любая б на ее месте светилась бы от счастья и мысленно выбирала б фасон свадебного платья. А она едва не плачет, глядя в глаза любимого мужчины, и не решается сделать шаг, который так манит и зовет… Пугает неизвестностью. Там, за чертой, любимый мужчина протягивает руку и зовет за собой, а она боится сделать этот шаг, боится переступить черту и осквернить своим присутствием тот светлый мир; ей кажется, что вместе с ней вся чернота придет, и свет погаснет, и тьма накроет их обоих…
— Кристина?
Тих его голос. Легли на лоб морщинки… Кристина потянулась к ним, пытаясь разгладить — коснулась лба, спустилась к скулам… Под внимательный выжидающий взгляд пальцами к подбородку его прикоснулась. А потом вдруг чуть подалась вперед и к губам его прильнула — осторожно, неуверенно, с опаской. Получив
немедленный ответ на робкий поцелуй, чуть отстранилась; в глаза любимого заглянула и едва заметно, решившись, наконец, кивнула: она согласна. Она останется с ним. Но только на время, пока он сам не поймет, какую глупость совершает.
Этьен улыбнулся и в ответ к губам ее прильнул. Зацеловал, не скрывая радости, слезы ее вытер и саму улыбнуться заставил! А потом отошел от нее ненадолго, чтобы вернуться назад с колечком, тем самым, с изумрудом. Надел Кристине на дрожащий палец; на удивленный ее взгляд лишь тихо пояснил:
— Вероятно, Полина вернула мне его, когда я без сознания был. Не отдавай его больше никому, ладно? И больше никаких ножей в нашей постели, договорились?
С ножом, конечно, он погорячился.






