Тень был лишь человеком, а потому вопрос с ним можно было решить. Впрочем, она не успела вплотную заняться убийцей, поскольку появился Герой. Это было очень плохо, поскольку могло разрушить вообще все старания принцессы. Если Герой уничтожит Восставшего, пусть даже монстр потом вернётся, будет ли он прежним? Сохранит ли память? Не посчитает ли принцессу неудачницей, не сумевшей вовремя прийти на помощь? Валенсия не знала ответов, но ей они были и не нужны.
С
каждым днём Валенсия становилась всё злее и безумнее, поскольку убить Героя никак не могла. Вновь всплыл Тень, зачем-то охраняющий эту никчёмную пешку богов. Рядом с ним постоянно находились сильные и умелые воины, убийство Героя перестало быть простым делом.
Поняв, что успеха не добьётся, принцесса решила действовать иначе. Втереться в доверие к отряду, а затем их всех перебить. Но она узнала от Тени, что каждый новый Восставший, это Герой, занимающий место предыдущего, а это дало ей окончательную цель, закономерный итог её пути к свободе. Она сама станет Восставшим, подчинит себе его силу, а затем быстренько поработит мир и наконец-то обретёт свободу. Партия принцессы подходила к концу…
Глава 19. Я заслужил этот отдых
— А ты неплохо научилась открывать переходы в другие миры. — Трещина за моей спиной затянулась, и я, оглядевшись, определил местоположение и зашагал к дому.
— Это оказалось не так уж и сложно. — Лурия перевоплотилась в свою изначальную форму и сидела у меня на голове. — Как прошло?
— А ты разве не наблюдала? — Дух пожала плечами.
— Время от времени. Последовала твоему совету и не стала сидеть здесь затворником. По мирам погуляла. Так что я осведомлена лишь в общих чертах.
— Молодец. А то мне уже стыдно становилось. Вытащил тебя из Лабиринта чтобы запереть здесь. — Лурия захихикала.
— Вот уж не думала, что у тебя до сих пор есть совесть. Но не переживай на эту тему, мне всё нравится. К тому же, за твоими похождениями довольно интересно наблюдать. Ну так, как тебе этот мир. — Пока я в общих чертах рассказал о своих похождениях, мы уже успели добраться до единственного
существующего в этом мире дома, в зале которого я свалился в кресло, бросив рядом с собой чёрный клинок. — Довольно занимательно вышло. Что думаешь делать с этой дрянью?
— В чулан запихну. — Поморщившись от боли при движении, я залил кипятком сбор сушёных трав, который оставил на столе ещё три десятка лет назад. — Я, если честно, пока и сам не имею представления, как уничтожать подобные вещи. Что-нибудь придумаю. Но позже, пока мне надо отдохнуть. Наказание за нарушение правил мира- самая ужасная боль в моей жизни. К тому же, я не силён в целительстве, а потому потребуется время, чтобы залатать раны и руку обратно приделать.






