В его руках имелось оружие, которым он смог сразить неуязвимого западного мага. Такого хозяина уважали и слава о его могуществе распространилась даже в пределах бесконечно воюющих с Империей Юй западных княжеств.
Восточный Тарт стоял особняком,
выглядел крепким орешком и даже после гибели герцога Фу, являвшегося основной причиной начала войны с эльфами, Бранн не торопился предложить Натаниэлю перемирие, медленно, но верно развивая свой военный успех. Король эльфов готов был признать поражение, но не сдаться на милость победителя, а выпить чашу яда вместе с семьей, уйти с гордо поднятой головой. Он сделал бы это ещё утром, за завтраком, если бы не Шантия. Она узнала о его решении едва взглянув при встрече в глаза и, хотя он никому об этом не говорил, подняла шум, отказываясь принимать смерть и требуя отпустить её на поиски любимого!
Король посчитал подобное заявление оскорбительным. Как минимум, Виго являлся полукровкой, во-вторых, сыном его похищенной ранее дочери, а значит, племянником Шантии. Брак между тётей и племянником для эльфов был нарушением кровного закона. К этому прилагался тот факт, что Сирана предала своего отца, разделив постель и трон с врагом всего эльфийского народа. Как она могла поступить столь низко? Нет, Натаниэль готов был отдать свою младшую дочь за яростно ненавидимого им потомка второго почетного старейшины, мечтавшего заполучить трон даже пройдясь по трупам его семьи, но только не за полукровку, собственного внука от предавшей его народ дочери. Его кандидатура даже не рассматривалась.
Утром, после истерики дочери, Натаниэль приказал закрыть Шантию в её комнате. Он никак не мог принять окончательное решение на её счет. Сам склонялся к уходу из жизни, молчаливым согласием получил ответы и от членов
своей семьи, и только Шантия яростно сопротивлялась его желанию уйти достойно королевского рода.
Времени совсем не осталось, когда дворфы начнут засыпать замок булыжниками, стены цитадели могут обрушиться вовнутрь и она станет усыпальницей для всех. Он должен был решить, отправлять Шантию с остатками стражи вслед за сбежавшими на север родственниками или напоить её ядом против её воли. Умерщвление юной дочери никак не давало покоя душе мужчины. Король вернулся в цитадель и собрал всех членов королевской семьи в главном зале. По его приказу стража привела и Шантию.
На глазах присутствующих по серебряным чашам разлили ядовитое зелье, разбавленное для облегчения приема в сладком напитке. Натаниэль, стоявший в изголовье стола, взял стоявшую перед ним чашу в руки и смотря куда-то сквозь стены, объявил:
— Я — правитель Королевства Эльфов, пятый и последний хозяин разрушенной врагом Алессии, следуя заветам великих предков, желаю закончить свою жизнь с честью.






