Да и сознание он не терял уже давно, так, как Лира… Ну, случай в той пещере — это другое, там его чуть не убили, да и вообще, это было скорее магическое истощение, нежели физическое. Хотя, может быть, у Лиры тоже магическое?
Желая опробовать новую теорию, Астерот вывел немного Светлой Материи и вложил её Лире в руку. Девушка дёрнулась, рука непроизвольно сжалась в кулак, Материя чуть вошла в ладонь, и она с диким криком отбросила шарик куда подальше. Он, к сожалению, «куда подальше»
не долетел, втянувшись обратно в рапиру. Лира бешено оглядывалась, и, заметив Астерота, ногой подкинула себе арбалет, каким-то невероятным образом его поймала и чуть было не выстрелила в мага, когда тот поднял руки.
— Ты?.. — недоумённо прошептала она. — Но где мы? Что это за место? У Демонов нет таких лесов! У них земля твёрдая! — сказала она, правой рукой всё также держа арбалет, направленный на мага, а левой ощупывая землю и поглаживая траву. — Мы… дома? — дрожащим голосом спросила девушка, подняв глаза на Астерота.
— Нет. Мы в Витере, месте, откуда мы с Кирратом пришли в Инферно. Поднимайся. — он протянул девушке руку, и та схватилась за неё, вставая. Тёмный брезгливо потряс рукой, стряхивая прилипшую к ней землю. Хороший маг должен выглядеть опрятно и чисто, а не как деревенский садовник.
— Ой, прости… — замялась девушка, глядя на мага. Когда он наконец-то стряхнул с себя землю, она спросила: — А куда мы теперь пойдём?
— Сначала скажи мне, где ты научилась таким финтам с арбалетом? В Инферно? — ехидно спросил маг.
— Да, ты не представляешь,
как опасно там спать по ночам, когда… Ой! Сзади! — воскликнула девушка, тыча пальцем куда-то за спину Астероту. Оглянувшись, маг увидел бегущую прямо на них тварь. Она переливалась синим цветом и напоминала страшного ребёнка зебры, гигантского паука и стрекозы. Больше всего было от паука, было даже больше похоже, что кто-то поймал гигантского арахнида и нацепил на него признаки двух других существ.
Восемь длинных и острых лап росли из толстого полосатого чёрно-белого туловища. На голове красовались два больших фасетчатых глаза, а из спины росли четыре гигантских крыла, сейчас сложенных так, что они закрывали заднюю часть монстра. Крылья отливали чем-то металлическим, казалось, что они ранее принадлежали железной статуе стрекозы, но один безумный гений оторвал их от статуи и намертво пришил белому полосатому пауку. На голове красовались два рога, пришитых явно не к месту: они выделялись на фоне чёрно-белой тушки монстра своим красным цветом.
За монструозным деянием чьей-то больной головы тянулся след из паутины, проминающей своей тяжестью траву. Хотя мучаться ей было суждено не долго: паутина за несколько секунд сжигала даже самую большую травинку.






