Они ходят по коридорам, их я вижу из окна – стоят на улице и курят. Денис пару раз уезжал, пусть и ненадолго, и я снова металась по дому, который стала ненавидеть еще сильнее.
– Саша, что не так? – Денис отложил телефон, и взглянул на меня.
– Когда мы уедем? Я… я не хочу здесь
оставаться. В этом доме, с этими людьми, - понизила я голос. – Давай уедем! Ты и я. Хоть куда, главное, поскорее.
Парень нахмурился, потер лицо ладонями, и посмотрел на меня как-то странно. Будто хотел что-то сказать, но то ли слов не мог подобрать, то ли не хотел их подбирать. Непонятно. Но лицо его быстро разгладилось, Денис улыбнулся ободряюще, сел рядом, и произнес:
– Потерпи пару дней. Из этого дома мы съедем, обещаю. Просто пока небезопасно. Уехать пока не можем, мне нужно решить кое какие вопросы.
– Какие?
– Ты правда хочешь знать? – поднял он брови.
Я… нет, наверное, не хочу. Или хочу? Просто страшно услышать, что Денису нужно еще кого-то убить, чтобы мы освободились, наконец. Когда-нибудь я спрошу у него, когда готова буду услышать.
– Потом расскажешь. Но мы уедем?
– Мы можем не уезжать из города, - спокойно сказал парень. – Нам больше не нужно бежать. Я победил, он проиграл.
– Но я хочу…
– Уехать? Серьезно? – хмыкнул Денис. – У тебя здесь друзья, бывшие коллеги. Родственники, пусть ты и не очень с ними ладишь. Ладно, твоя мать, но бабушка, отец? А если мы уедем, если сбежим, там все будет чужое и незнакомое. И мы с ребенком на руках. Ты правда этого хочешь?
Саш, повторюсь, нам больше не нужно бежать и скрываться. Скоро бояться будет нечего. Так ты этого хочешь? Уехать?
А ведь правда, я так цеплялась за эту мысль, как за единственный спасательный круг в шторме океана. Привыкла к мысли, что Илья – это опасность. Но ведь это больше не так, мы можем просто остаться в Питере, и жить здесь.
– Наверное, не хочу, - робко улыбнулась Денису, и поцеловала в уголок губ. – Только из дома этого уедем. Ненавижу его!
– Уедем, - довольно кивнул он.
– И еще, - замялась я, задумываясь, как сказать то, что я хочу сказать.
Замолчала, взглянула на Дениса, обдумывая свои слова.
– Что?
– Илья… он жив еще?
– Жив. И?
Вздохнула, собираясь с силами. Может, это глупо. Может, неправильно, но говорят, что своим страхам нужно хоть раз взглянуть в лица. Запомнить, уяснить, что они не так страшны, и жить дальше.
А я как-то разучилась жить. Илья меня сломал.
Я не желаю ему смерти, но и плакать по нему не буду. Я просто хочу с ним увидеться, поговорить. Нормально поговорить, без его издевок. И попытаться понять его хоть немного. Понять человека, с которым жила столько лет – засыпала, просыпалась, занималась сексом, планировала дальнейшую жизнь. Вначале даже ревновала. Думала состариться вместе, затем собралась разводиться. Изменяла ему, ненавидела. Но жила ведь.
– Мне нужно с ним увидеться.






