Но мы идем в противоположную сторону, здесь находятся несколько дверей, никак не подписанных.
Брюнет идет уверенно вперед и останавливается возле одной, ничем не отличающейся от других, двери. Открывает её, пропуская нас вперед.
Небольшое помещение, у стены находится очень потрепанный диван, к которому нас и подталкивают. Сам же идет к другой двери, которая находится напротив, заходит туда и буквально через минуту выходит с женщиной в белом халате, видимо врачом. Ее выражение лица мне совсем не нравится, брезгливое какое-то.
— Пусть по одной заходят ко мне, — говорит она брюнету,
с отвращением смотря на нас, и возвращается обратно в кабинет.
— Первая, вперед, — указывает на девушку-блондинку, которая сидит ближе к нему.
Она поднимается, видно, как у неё дрожат ноги. Да и руки тоже. Идёт туда.
В помещении остаются, помимо меня, еще две девушки, два охранника и брюнет.
И к чему такая охрана? Я хоть и заметила, где выход из здания, но, думаю, что даже если смогу выйти из этой комнаты под предлогом, допустим, пойти в туалет (надо бы, кстати, сходить), и сбегу, то далеко не убегу, потому что без понятия, где нахожусь.
Девушка выходит минут через десять. Её берет под локоть один из охранников и ведет на выход.
— Следующая, давай, — поторапливает миниатюрную девушку.
Ну а дальше пойду я. Зачем вообще нужен врач? Чтобы клиентам заразу не занести? Так они сами её принесут с удовольствием.
Слышу, как девушка, сидящая справа от меня, начинает плакать. Сначала немного, потом плач становится всё более истеричным.
— Заткнулась! Еще хочешь по морде получить? — говорит один из охранников, который, кажется, её тогда и ударил.
— Хватит портить товар, Генри, — говорит брюнет, смотря что-то в телефоне. — А тебе действительно лучше успокоиться, и так страшно уже выглядишь. А если хочешь здесь выжить, должна нравиться мужчинам.
— Следующая, вперед.
Ну что ж, теперь моя очередь…
Встаю и иду в комнату. Захожу в абсолютно белое, стерильное помещение. Напротив двери стоит стол, за которым сидит женщина-врач. Рядом стул. Слева находятся шкафы с лекарствами и документами. Справа гинекологическое кресло.
— Садись на стул, — говорит, не отрываясь от
записывания чего-то в журнал. — Фамилия?
— Васильева, — называю первую пришедшую на ум фамилию. Не стану же я называть свою настоящую.
— Дам тебе еще одну попытку. Фамилия? — продолжает говорить, не отрываясь от журнала.
— Я же назвала..
— Ты думаешь здесь глупцы работают? — приспускает немного очки и смотрит на меня. — Здесь все и всё про тебя знают. Поэтому никогда не ври, иначе наказание будет жестокое. Фамилия?
— Самойлова.
— Так… Самойлова Милана Викторовна, 20 лет.
Черт! Точно. У них же мой рюкзак должна быть, а там паспорт.
— Болезни какие-то есть? — продолжает допрос.
— Вроде нет.






