Чёрт, мои родители назвали меня Эриком, потому что это означает могущественный правитель или что-то в этом роде. С самого рождения у меня был стереотип, которому я должен был соответствовать. Это у меня в крови, и чем старше я становлюсь, тем больше это желание давит на меня, или, может быть, это просто из-за Полли.
Как сейчас, осознание того, что я не с ней, хотя мог бы быть, убивает меня. Если с ней что-нибудь случится… Господи, с ней уже что-то случилось из-за меня, потому что меня там не было. Это был момент, когда всё стало ясно. Когда мудрые слова моего отца наконец нашли отклик во мне, и я понял, что он, должно быть, чувствовал в ту ночь, когда вошёл и увидел мёртвое тело своей жены.
Я снова смотрю на время на своём телефоне и понимаю, что, если бы она пришла домой, как и обещала, она была бы здесь сорок минут назад. Я разблокирую свой телефон, чтобы позвонить Рейн, так как у меня, по крайней
мере, хватило ума узнать её номер, когда Полли позвонила мне, как какая-то машина останавливается перед тротуаром.
Светлые волосы моей девушки — это первое, что я вижу в окно, и я внезапно сбрасываю с плеч около двухсот фунтов. Когда Полли выходит из машины, она открывает заднюю дверь и хватает несколько сумок, а затем машет Рейн. Я делаю то же самое, когда она отъезжает, и встречаю Полли посреди дорожки.
Прежде чем она успевает даже поздороваться, я притягиваю её к себе и целую.
— Слишком много времени вдали от тебя, — возможно я звучу как побитая девчонка.
— Извини, я остановилась, чтобы купить кое-какие продукты. Я хотела что-нибудь вкусненькое сегодня на ужин. — Она поднимает сумки и пожимает плечами, но что-то в том, как она это говорит, мне не нравится.
— Всё в порядке? — я забираю их у неё и следую за ней в дом, затем ставлю всё на кухонный стол. — Как дела на работе?
— Хорошо. Ничего интересного. — Полли лезет в сумку и достаёт жареного цыплёнка. — Как у тебя?
— Хорошо. Что случилось?
Прежде чем снова залезть в сумку, она смотрит на меня.
— Не осуждай меня, хорошо?
— Никогда.
— Я только что смирилась с тем фактом, что не умею готовить. — Она читает, что находится в контейнерах, когда вынимает их. — Салат. Картофельные оладьи. Салат из огурцов. Я вроде как почувствовала, что мне нужно купить овощи, даже если они плавают в сметане.
— Почему я чувствую напряжённую атмосферу?
— Атмосферу? — спрашивает она.
— Просто ты кажешься немного взволнованной.
— Пока я ходила
по магазинам, я поняла, как сильно люблю тебя.
Я скрещиваю руки на груди.
— Ты поняла это в продуктовом магазине?
— Да, — шепчет она. — Мне повезло, что мы столкнулись друг с другом.
Ничто не могло заставить меня забыть, что я почувствовал, когда впервые увидел её.






