Он действительно был добр ко мне; у меня не было причин подозревать, что он ненормален.
Входная дверь звенит из-за колокольчика над ней, когда вхожу, и я слышу хихиканье. Дочь владельца, Рейн, выходит через кухонный проём со своим парнем Воном, владельцем тату-салона по соседству.
— Привет, Полли, — говорит она.
Вон кивает мне, направляясь к двери, в которую я только что вошла. Я иду в заднюю часть, чтобы повесить сумочку и избежать необходимости видеть
или слушать, как они целуются. Они немного отвратительны. Для взрослой пары они ведут себя как подростки.
Очень горько, Полли?
Абсолютно последнее, что у меня на уме, — это мужчина. Мне не нужен кто-то, кто делал бы меня счастливой, и мне не нужен кто-то, кто заботился бы обо мне. Никогда больше. Честно говоря, я не против побыть одна. Я буду придерживаться идеи независимости, пока не умру.
Когда Рейн заходит на кухню, у неё мечтательное выражение лица, и только от этого зрелища я могу подавиться.
— Сегодня нет твоих предков? — спрашиваю я. Обычно её родители, владельцы этого кафе, приходят первыми и выполняют большую часть подготовительной работы.
— Нет. Они задержались в казино ещё на один день. Они вернутся завтра.
— Я могла бы сегодня прийти пораньше и помочь.
— Всё в порядке. Я сама справилась. Вон тоже помогал.
— Хорошо, — я повязываю фартук вокруг талии, — если тебе когда-нибудь понадобится помощь, просто позвони мне.
— Я так и сделаю. Спасибо, Полли.
Я выхожу вперёд, чтобы свернуть
несколько столовых приборов и обдумать своё затруднительное положение. У меня нет мобильного телефона, так как же она вообще могла со мной связаться? Я никогда не нуждалась в нём раньше и не могу позволить себе купить его прямо сейчас. Дерьмо. Мне действительно нужно найти жильё, чтобы я могла хотя бы позвонить по стационарному телефону.
Один из постоянных клиентов приходит ровно в одиннадцать, и ещё до того, как он садится, я пишу его заказ на ежедневное специальное блюдо, жареный сыр и сливочно-томатный суп, затем подхожу к окну и отдаю Рейн, чтобы она могла его приготовить.
Когда её родителей здесь нет, это определённо более беспокойно, но мне это нравится, потому что это означает, что я остаюсь единственной официанткой, так что я получаю все чаевые.
День пролетает незаметно, и прежде чем вернуться домой, я заезжаю в магазин и покупаю газету. Люди все еще размещают объявления в газетах? Вероятно, мне следовало поискать другую работу несколько месяцев назад, но я медлила и отрицала это. Я отрицала многое… в основном то, как я позволила парню обмануть меня.






