Я надеюсь только о том, что тебя никто не принуждал и не заставлял делать того о чем можно пожалеть.
— Спасибо мам.
Мне больше нечего было сказать, трудно поддавались слова, и я боялась сказать чего лишнего и еще больше шокировать родительницу. А это в мои планы не входило.
— Я слышала, он попал в аварию… — все же она не остановилась, задавая вопросы.
— Да, точно, мне нужно ему позвонить, выяснить как его здоровье, его должны были выписать.
— Вы подружились? — видимо мама хочет узнать многое о моей личной жизни. И я ее понимаю.
— Да, мы стали не более чем друзьями. Он оказался хорошим и понимающим человеком. А Ирма, — не знаю, почему я решила заговорить о ней, но мне хотелось поделиться этим с мамой. — После аварии, ее будто подменили. От той властной женщины остался только плащ.
— Даже не верится, — она посмеялась на мое заявление. Но с последующей минутой стала серьезней.
— Прости дочь, что тебе пришлось пройти через это. Ты расплачиваешься за большой долг, это должно быть очень угнетает.
Единственное, что я могу сделать так это, принести извинения, — она смахнула слезу.
— Перестань мам, я сама выбрала эту сторону. И вообще благодаря долгу, я, нашла дорогого сердцу человека. И не за что не пожалею о своем решении. Мам у меня все в порядке, не переживай.
— Сводный брат Левана? — дыхание участилось при напоминании о Руслане.
— Да, — лишь смогла выдавить я. О нем разговаривать я еще не готова.
Мама перевела тему, почувствовав напряжение с моей стороны:
— Боже, целый день как из ведра дождь льет, когда же он прекратится?
— Я хотела пройтись по городу, — перемешивая салат, бормотала я. — встретится со знакомыми, погулять по любимым местам, — вздохнула я.
— Ничего, скоро должна быть солнечная погода, скорей всего даже завтра, — уголки ее губ поднялись. Она такая красивая.
Она никогда не старалась выделяться
или красоваться, просто спокойный и добрый человечек. Она выглядела красивой даже в обычной сорочке и в халате. На ее шее красуется медальончик в виде сердца, который если открыть — увидишь фотографию маминого с папой портрета.
Да, кстати папа рано ушел на работу, предупредив, что будет, поздно, я пообещала, что приготовлю ему его любимое тирамису и вкусный чай, хотя сегодня категорически ничего не хотелось делать.
Мы еще чуть-чуть поболтали, не возвращаясь к неудобной теме, я благодарна, мама больше не задавала вопросов о Руслане и Леване.
Мне хотелось уже бежать звонить одному из них, и сказать, как я соскучилась.
С замиранием сердца, сидя на своей койке, я все-таки позвонила любимому. Пульс учащался с каждым гудком, было волнительно, даже когда Руслан ответил на звонок.
— Привет маленькая, — в животе запорхали бабочки, — как дела? Не представляешь, я только хотел тебе позвонить.






