Рана в животе пустяк — сильный маг от такого не умрет.
Кажется, я был прав. Он не хочет забирать розу самостоятельно. Вырвав ее из меня, он может ее повредить. Ему нужно мое согласие, которого он не получит, а мне нужно продержаться еще какое-то время. Как только я умру, надеюсь, его метка исчезнет. Жаль что это только предположение.
Терпением он не отличался. Эней начал меня пытать. Черви стали грызть меня изнутри и уже никакая
«изумрудная река»
не помогала. Я кричал. Он требовал дать согласие и передать ему око, а потом я снова кричал. Время тут шло по-другому, и для меня прошла целая вечность, прежде чем он перестал меня мучить и заметил происходящее. Его взгляд изменился.
— Что ты сделал, вор?! Почему ты умираешь?! Ответь мне!
Я вымученно улыбнулся и промолчал. Его мощь подавляла.
— Смотри!
Перед моими глазами забегали видения из жизни Михаила.
— Я знаю, он твой друг. Ты хочешь вернуть его?
Собравшись духом, я ответил.
— Не смеши. Я уже знаю, что Михаила
нет. Он мертв. То, что ты показываешь — не он. Это существо не мой друг и товарищ. Ты уже убил его, тварь.
Видения, что он посылал мне — прекратились.
— Ты умираешь. Понимаешь? Зачем тебе это? Просто отдай мне око!
— И ты оставишь мне жизнь?
— ДА!
Я рассмеялся.
— Ложь.
Он разозлился. Я почувствовал это. Следующие его слова были вкрадчивыми.
— Стой! Не отказывайся. Я дам тебе ВЫБОР! Прими меня… впусти в свое сердце и душу, и я остановлю это. ТЫ. БУДЕШЬ. ЖИТЬ. Ты же хочешь жить?
— Нет.
— ТОГДА УМРИ!
Он поднял руку и, схватив розу, сжал ее, потянув на себя. Я догадывался, что все этим закончится, и из последних сил подлетев к средоточию, тоже ухватился за нее.
Полубогу это не понравилось. Он возобновил пытки. Черви с него осыпались и с новой силой вгрызлись в меня, но я только крепче сжал кулак. Оку Дамасса не понравилось, что происходит и оно выпустило шипы, что пронзили как меня, так и Энея. И чем дольше мы рвали на части розу, тем сильнее шипы ранили нас. Я уже чувствовал, что стою на грани и сейчас умру, так что последним, что я сделал — было
«слово»
. Я произнес его, и Эней впервые закричал от боли, ударив меня, перестав жалеть.
— НЕТ! — Вскрикнул он, осознав свою ошибку, но было поздно. Я умер, а роза распалась, впитавшись частью в меня, а частью в него.
Вот и все. Теперь он думает, что я мертв.
Я медленно вынырнул из забытья и огляделся. Так вот она, смерть?
Я находился в пустоте. Вокруг ничего не было. Тело, которое я еле чувствовал, отторгало меня, и с каждой секундой я терял с ним последние связи, а потом и вовсе начал все забывать. И первое что я забыл — было мое имя. Наступила апатия. Мой разум словно засыпал. Я ничего не хотел. Пустота вокруг превратилась в серую хмарь, что затягивала меня все глубже,
забирая все то, что мне так дорого.






