— Кому принадлежит эта киска, София?
Я двинул бедрами к ней, и она содрогнулась подо мной.
— Тебе, — задыхалась она.
Мой взгляд проследил вниз, наблюдая за нашими телами, за моим членом, погружающимся в ее тугую киску.
Она была гребаным шедевром, который ни один художник не смог бы передать.
Я любил эту женщину. А она любила меня.
Мое зрение затуманилось от того как сильно она сжала мой член, удовольствие разгоралось в моем теле, мою душу переполняло чувство полного счастья. Так же, как это было каждый раз, когда я находился в ее присутствии, будь то просто с ней или внутри нее.
— Я близко, Тео, — крикнула она.
Мой контроль ослаб, и я позволил себе входить в нее сильнее и быстрее, моя голова откинулась назад, глаза закатились. От ощущения ее идеальной киски, обхватившей меня, вырвался стон.
Я опустил подбородок, глядя на нее сверху вниз.
— Ты была создана для меня. Твоя киска была создана для моего члена и только для меня. Не так ли, София?
— Тео. — Она
резко вдохнула, ее голова откинулась назад, глаза закрылись.
Мои руки скользнули вверх, мои пальцы схватили кожу между ее бедром и ляжкой и сжали.
— Смотри на меня, София, — приказал я.
Я прильнул ртом к ее уху, испытывая удовлетворение от того, как она дрожит подо мной.
— И я задал тебе вопрос.
Я прикусил мочку ее уха.
— Да, Тео. Точно так же, как ты был создан для меня.
Пот покрывал нашу кожу. Ее крики, переплетаясь с моими собственными стонами, боролись с шумом, возникающим от шлепков нашей плоти друг о друга.
Я переключился между поцелуями и покусыванием ее губ, нависая над ними, чтобы убедиться, что проглатываю каждый звук, издаваемый ею.
— Ты так чертовски хорошо принимаешь меня, детка. — похвалил я. — Вот так, будь моей хорошей девочкой и кончи для меня.
Ее глаза встретились с моими, когда она сильнее прижалась ко мне, мой лоб припал к ее лбу, когда она приблизилась к краю, готовая првгнуть.
Мой большой палец приземлился на ее клитор и стал тереть его быстрее, отчаянно подгоняя ее к этому.
Ее глаза закатились, и она сорвалась, крик вырвался из ее горла, и я последовал прямо за ней.
—
Блядь
. —
Я зарылся лицом в ее шею, мой оргазм прокатился по мне и лишил меня дыхания, когда струи спермы заполнили ее.
Мы оба спустились одновременно, вскоре после этого, задыхаясь, моя голова все еще кружилась от нахлынувших эмоций.
Я поцеловал ее в лоб.
— Я люблю тебя, София Мария Эррера.
Она поцеловала меня.
— Я знаю, — прошептала она. — Я люблю тебя, Теодор Анас Альварес.
Я усмехнулся, когда она назвала меня полным именем.
Должно быть, именно так ощущалось полное блаженство, и я наслаждался им вместе с ней. Это чувство просачивалось в мою грудь, разрываясь от того, насколько я был зависим от нее.






