ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бесобой, Автор - Кутузов Кирилл, , Жанр - Городское фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Бесобой Кутузов Кирилл Бесобой, Автор - Кутузов Кирилл, , Жанр - Городское фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Кирилл Кутузов БЕСОБОЙ «Особый интерес для пытливых представляют идентичные книги, написанные разными авторами, разделённые тысячами миль и сотнями лет, написанные на разных языках, содержащие, однако, совершенно одинаковое послание для тех, кто придёт потом. Классическими трудами такого рода считаются так называемые „Кодексы последних дней“. Если вам удастся заполучить список с „Кодекса“ флорентийского еретика Сан Джакомо, а затем посчастливится отыскать копию „Кодекса“ судьи Ганя, под личиной которого скрывалась куртизанка Лунная Неизбежность, потрудитесь сравнить их содержание. Удивительным свойством идентичных книг является способность сохранять идентичность, несмотря на естественные для перевода искажения. Каждый „Кодекс последних дней“ рассказывает об истощении времени, о скором начале Парада Хищных Звёзд и о наводнении вещного мира демонами. Неофит [1] решит, что „Кодекс“ — свидетельство универсальности мысли человеческой, особенно в эпоху тревог. Но глаз пытливый зрит в корень, ловкий ум проникает в суть вещей: идентичные книги не следствие, а причина. Книги, презревшие закон, согласно которому ткань времени ткут постепенно, нарушают целостность лазурного небесного плата и поз

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Так и квартиру можно на кошку переписать. Кошке-то,

конечно, квартира даром не нужна, но ты это сначала в суде докажи. Ну вот, и в попугая, значится, начал вселяться один бес.

— А потом по городу ходили слухи о злобном попугае-убийце размером с Годзиллу?

— Ну у тебя, Данила, и фантазия, — отмахнулся Шмыг. — Тебе книжки надо писать. Нет, бесу понравилось, как у попугая вкусовое восприятие устроено. Он в него залезал и хавал как не в себя.

— И чего попугай, лопнул?

— Да нет… Он разжирел, и ведьма его на диету посадила. Бесу стало невкусно, и он в попугая больше не лазил.

— Я, честно говоря, от твоей байки большего ожидал, — хмыкнул в ответ Данила.

— Так ты бы сказал. Я приврал бы, с меня станется.

— Я в тебе не сомневаюсь. А вообще… Было бы таких бесов побольше… ну, которые вселяются, чисто чтобы поесть или, там, лак для ногтей понюхать, потому что в Аду такого нет, — может, и я был бы не нужен. Но им обычно подавай власть и кровь.

— Есть за моим племенем такой грешок, — Шмыг лишь пожал плечами. — Спорить не стану. Как там, кстати, амулет твой? Жетон в смысле.

Данила коснулся жетона:

—

Совсем ледяной. Это значит…

— …Значит, уже теплее. Хорошо. А то я пока тебе про беса в попугае рассказывал, тоже чего-то жрать захотел. Мы с тобой что на ужин брать будем?

— Давай сначала с демоном разберёмся, а потом уже что-нибудь придумаем.

— Да я тебя знаю. Драка будет долгая, потому что ты носителей шмалять отказываешься. Ты устанешь, и придётся мне вместо нормальной жратвы чебуреки замороженные на сковороде без масла разогревать. Тебе-то после драки всё равно будет, ты ж машина, ты гвозди перевариваешь, а у меня пузико будет болеть… — пожаловался Шмыг.

— Если всё пройдёт как надо, возьмём что-нибудь приличное. Например…

Данила хотел уже было предложить чертёнку купить вёшенок и потушить их со сметаной, но не успел — из соседней подворотни раздался женский вопль:

— Спасите!

— Руки от неё убрал, мразь.

Высокий лысеющий жлоб оглянулся по сторонам, поначалу даже не заметив, что за его спиной стоит плечистый мужик в капюшоне. А когда заметил — осклабился, отвернулся от смертельно перепуганной женщины, платье которой он ещё секунду назад старательно нарезал на лоскуты. Затем наставил на Данилу нож:

— Так у меня сегодня счастливые часы, два по цене одного! И брошенка, которая сочится вкуснейшим ужасом, и герой, который вот-вот начнёт истекать сладкой ненавистью к себе… Но я тебя сразу предупреждаю: если она убежит, пока я тебе трахею вырезаю, то развлекаться мне придётся с тобой. Ну, с теми запчастями, которые от тебя останутся.

— Знаешь, приятель, рожа у тебя такая гнусная… Сдаётся мне, ты только с запчастями в жизни и развлекался.