Ну по крайней мере, прямо в тот момент…
Теперь же они уезжали из того стаба, выкупив места в группе матёрых вояк, что периодически промышляли конвоем.
— Дядя Тимур, а почему вы так Зараженных называете?.. Химера… Так все у вас в регионе их зовут? — хрустя зелёным яблоком, при этом закинув босые ноги на ящик с боеприпасами, спрашивала Женя…
— Нет, красавица, не все. Наверное. — Перебирая пальцами по патронам в магазине, тем самым вероятно успокаиваясь, отвечал Тимур. — Так зараженных мой крестный называл. А поскольку первые два месяца я с ним рука об руку воевал с этим миром… В общем, привык как-то, после, конечно, слышал от многих, что никто так не говорит, но привычка. Да и мне так больше нравиться, что ли…
— А каким он был, крестный-то ваш?
— Странным был. Правда я это понял лишь когда мы разошлись с ним путями. До этого иных людей и не встречал.
— Два месяца?
— Ну, так вышло… Меня, красавица, на север закинуло. Там просторов больше, а населения меньше. Ну и холодно конечно.
— Ух ты…
— Да, удивительно это всё, вроде по меркам прежнего мира не так уж это и далеко, но ты знаешь, северные регионы, они по иным законам живут…
— Это как?
— Не знаю как описать это, ну жизнь там вроде бы такая
же, но люди сплочённей, что ли. Помогают друг другу…
— Тимур, ты как? — спросил нового знакомого, наконец вернувшийся Алви.
— Похоже поживу ещё, больно только. Чего уж врать.
— Щас полегчает, Жека помоги…
После инъекции прошло несколько минут, и Дядя Тимур начал клевать носом. В тот день, дослушать про Крестного не вышло. Лишь на следующий день, по прибытию в нужный стаб, Компания дружно поселилась в дрянной, даже по меркам Улья, гадюшник. И только под вечер, когда все втроём закончили ужин, и сидели пили чай, Тимур продолжил свой рассказ.
— Крёстный мой, был странный, ну это я сейчас понимаю, почти такой же странный как твой Друг. У него, что удивительно, был пожалуй самый жуткий и противоестественный дар.
— Это как?
— Это когда он против природы жизни. Сама посуди, ведь в Улье всё живое. Страшное, постоянно голодное — но живое. А Крёстный мой, нарушал те правила.
— Да ладно? Некрофил что ли…
— Женя, ну ты…Кхм…Некромант он. Мертвыми руководит, что марионетками в театре кукол. И так это жутко всегда… Ух…— поёжился Тимур. — В общем, противоестественно это, как ни крути.
— Круть… А где его найти можно?
— Ну, последний раз был севернее, считай через регион севернее. Далеко в общем.
— А как звали его, Дядя Тимур.
— Имя у
него кстати дурацкое, даже как то неловко. Мне-то он нормальное дал. Тимур можно как упёртый интерпретировать. Несгибаемый. А его Звали Штанга, и думаю старый он. Не знаю правда на сколько. И жуткий сильно, что есть то есть.
— Интересно, а он Скраббера бы смог поднять? — спросила невинно Женя.






