ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Крутой - это не только его фамилия. Это прежде всего про его нрав. Холодный, молчаливый, опасный брутал - он появился в моей жизни вновь тогда, когда я лишилась всего. Друг моего покойного отца, в минуту опасности он взял меня под крыло, став кем-то вроде опекуна. Он старше меня на двенадцать лет. До этой встречи я помнила его очень смутно. Настолько он закрытый и опасный человек. И теперь у меня две проблемы. Первая - мне пришлось жить с ним под одной крышей, при том, что я его, судя по всему, раздражаю. Вторая - он вызывает у меня постыдные мысли. Такие, о которых даже подруге было бы неловко рассказать. Очень много эротики.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У нас такие долги, что ещё больше полугода их отдавать

только для того, чтобы в овощном салате появились помидоры. В голове не укладываются. Как так люди живут? Ни мяса, ни пирожных, ни сока. Ничего из того, что можно назвать роскошью в таком положении.

Почти всё, что зарабатывает Серёжа, он отдаёт людям, которые его выручили и банкам, которые предоставили кредит. Нам хватает только на коммуналку и простенькую еду. Картошка, макароны, каши.

Единственный плюс - я прокачалась в готовке. Научилась даже варить супы. Так просто дешевле и питательней.

Понятное дело, никакого отпуска этим летом у нас нет. Серёжа пашет без выходных, а я только и делаю, что пытаюсь сэкономить. На зубной пасте, на порошке, на средствах для мытья посуды и даже на носках.

Раньше я никогда не бывала в дешёвых супермаркетах, где грязные полы, где увядшие овощи навалены в кучу, где кассирши на кассе общаются без любезности, а посетители, через одного - почти все какие-то перманентно несчастно-уставшие. Вымотанные бедностью. Раздражённые. Только и ищущие повод, чтобы поцапаться.

Когда

мы приехали в квартиру, которую Серёжа купил для меня, выяснилось, что в ней остались едва ли не только стены, пол и мои личные вещи. Почти всё, включая телевизионную панель, Серёже пришлось продать. Он суетно, дико нервничая, собирал необходимую сумму. Боялся, что не наберёт. Боялся за меня. Потому, во многом, и поседел.

– Учёбу я тебе обязательно оплачу, - иногда устало говорил он.

– Обязательно. Ты закончишь вуз. Ты, главное, учись.

– Серёж, я могу работать пойти...

– горячо уверяла я его.

– Не надо, - не менее горячо возражал он.

– У тебя и без того - много дел. Я справлюсь. Верь мне. У меня мышление человека, который умеет делать деньги. Если бы не долги, мы бы уже жили неплохо. Надо просто немного перетерпеть. Да, сейчас тяжеловато. Но я решу эту проблему. Верь мне.

– Верю...

Периодически он ездил на метро. Просто, чтобы сэкономить. Бензин стоил дороже. Он то и дело закрывал долги - их было около пятнадцати, три из которых - были банковскими. Он очень хотел закрыть эти долги досрочно. И пахал на это.

Ни секунды я не сомневалась, что он справится. И всеми силами, так, как только могла, обеспечивала ему все условия для работы.

И чувствовала в этом свою великую ценность.

Это были очень сложные два летних месяца. Но они были невероятно просто счастливыми.

Потому что я могла ночью кончать от того, как он классно трахал меня. Потому что могла, окутав его нежностью, дать ему отдых. Массажем, минетом, заботливо приготовленной едой. Я вызвалась помогать ему с документами и он, благодарно на меня посмотрев, обнял меня крепко и сказал, что я - самая на свете лучшая. И что

он безмерно счастлив оттого, что я у него есть.