— Она, вероятно, предпочла бы, чтобы все было именно так, — сказал Логан. — Это снимет с нее давление.
Раздался щелчок, и я услышала голос Йена, но он был записан.
— Допрос Шайлох Макконнелл — единственной выжившей…
Меня охватила паника, и я бросилась на звук записи. Выйдя из коридора, я увидела, что мои ребята и Логан сидят за обеденным столом. Логан расположился на стуле, на котором обычно сидела я, а перед ним, на коричневой папке лежал диктофон.
Я подошла и встала за стулом рядом с Киланом, который обычно пустовал, и прямо напротив того, где сидел дядя. — Что вы делаете? — Мой вопрос был адресован им всем, но все мое внимание было сосредоточено на Логане. Услышав свой голос на диктофоне, я бросилась к нему.
Он схватил устройство еще до того, как я приблизилась к нему, и поставил на паузу. — Они заслуживают того, чтобы знать.
Как
он смеет?
— Я в курсе, — прорычала я. — Но, черт возьми, Логан! Почему я не могу рассказать им в свое время? Когда буду готова? Я прохожу терапию. Я делаю всю работу, чтобы дойти до этого. Почему я не могу сделать это на своих условиях? То, что произошло… то, через что я прошла… — Мой голос оборвался.
Логан покачал головой. — Они должны знать. Я понимаю, это трудно…
— Ты не понимаешь, — рявкнула я. — Ты видел последствия. Мне же пришлось пережить это. Мне пришлось смотреть, как он убивает их. Пришлось слышать их крики и видеть их страх. Я была вынуждена видеть, как жизнь покидает их глаза. Меня кололи, резали, били и почти изнасиловали. Я изуродовала себя, чтобы освободиться. — Я подняла свои запястья. — Я боролась за то, чтобы остаться в живых, пройдя через самый низкий уровень ада. Это сломало меня таким образом, что я никогда больше не буду прежней. Так что не говори, что ты понимаешь. Ты не понимаешь. Ты хочешь этого для себя. Чтобы добиться своего, и кого волнует, чего мне это будет стоить, верно? — Я покачала головой. — То, что ты делаешь, не сработает, Логан. Ты должен это понять.
Его челюсть сжалась. — Если бы это был я, я бы хотел знать, что стоит на кону, прежде чем развивать
более глубокие чувства.
— Я люблю их, Логан. Уже есть более глубокие чувства, — огрызнулась я. Мы с Ноксом еще не говорили друг другу таких слов, но я любила его. Любила уже некоторое время. — Ты ведешь себя так, будто они ничего не знают. Как будто я преуменьшаю серьезность. Это не так. Я рассказала им практически все, и они провели собственное исследование, — возразила я. — То, что они не знают подробностей той ночи, ничего не изменит.
— Детали имеют значение. — Он отодвинул свой стул и встал. Схватив коричневую папку, которая лежала перед ним нетронутой, он открыл ее и бросил лист бумаги на стол, чтобы все мы могли его видеть. Парни либо зашипели, либо выругались, прежде чем отвести взгляд от того, что выложил Логан.






