Входил в национальное почетное общество.
Чейза не удивил его выбор индивидуальных, а не командных видов спорта, где результаты были основаны на его личных усилиях, но, тем не менее, он находил другие виды деятельности, в которых мог проявить лидерские качества, и в каждом из них он был лидером.
Чему
Чейз действительно удивился, так это его популярности, несмотря на его интеллект, постоянную жажду к чтению, и то, что он был тихим, не застенчивым, не интровертом, но наблюдателем, говорил тихо и ничего лишнего, кроме того, что нужно было сказать.
— Поговорил с Эзрой, — сказал ему Чейз.
— Я знаю, — ответила Майя.
— Эзра сказал, что ты готов.
— Так и есть.
Чейз сжал губы, потому что не был уверен, что согласен с этим, и перевел взгляд на ручей.
— Чейз, я давно сказал об этом психотерапевту. Дедушке. Тебе, во время вашего с Фэй визита в прошлом году. Я не против, — заверил его Майя, и Чейз вздохнул.
Чейз взглянул на парня.
— Вчера был твой выпускной и вечеринка. Через несколько месяцев ты уезжаешь в Колумбийский университет. Не надо ворошить прошлое, когда тебя окружает и ждет только хорошее.
— Я хочу это сделать, — возразил Майя.
— Майя…
— Чейз, — он выпрямился, но продолжал смотреть Чейзу в глаза, — я хочу это сделать. Покажи мне.
Еще раз вдохнув, Чейз повернулся к папке, лежащей на
столе рядом с ним, открыл ее, вытащил фотографию и передал его Майе. Майя склонил голову и стал ее изучать.
Это было фото подозреваемого в убийствах Мисти и Даррена Ньюкомба.
— Он облажался, — сказал ему Чейз. — Нашел его в Орегоне. Он взял задание, снова пошел в лес, а там были охотники, оба бывшие военные. Они были опытными и услышали его, поэтому затаились и стали наблюдать, им не понравилось то, что они увидели. Поэтому вмешались. Обезвредили его. Спасли жертву. Он одиночка, не связан ни с одной организацией, и есть вероятность, что он несет ответственность как минимум за дюжину убийств в восьми штатах, включая два в Карнэле.
— Это он, — твердо сказал Майя и вернул снимок Чейзу.
Желудок Чейза сжался.
Бл*ть, вот оно. Наконец-то, черт возьми.
— Ты уверен? — тихо надавил он.
— Да, — ответил Майя.
— Приятель, это случилось давно, — напомнил ему Чейз, поворачиваясь, чтобы убрать фотографию в папку, а когда повернулся обратно, Майя снова встретилась с ним взглядом.
— Такое не забывается. Сам знаешь. Я говорил тебе об этом. Обо всем этом. Это он, и я дам показания.
Много лет назад бабушек и дедушек Майи проинформировали о том, что Майя хранит это знание, и они сообщили об этом его психотерапевту. Поэтому
много лет назад ему помогли справиться с тем, что он увидел: не только с насильственным актом над Мисти, но и ее последующим убийством. Джеремайя видел все это.
— Я дам показания, — повторил Майя, когда Чейз замолчал.
— Будет тяжело, — ответил Чейз.






