К счастью, и в этот раз Асу оказалась рядом и поймала его в последний момент.
— Ладно, — согласилась она, скрипя сердцем и зубами, — учи, коль так хочешь. Но только учти, если с ним что-то случится, то я тебя на завтрак съем.
— Да не переживай ты так сильно! За мной твой сын будет, как за каменной стеной, — обнадёжил её орангутан, держа за спиной пальцы крестиком.
И чтобы долго не тянуть, уже на следующий день прошло первое занятие. Заданием его было, как можно быстрее достичь вершины росшего неподалёку дуба. Обычно, без разрешения взрослых, мальчик с огромным удовольствием проделывал это до пяти раз подряд, но сегодня с чего-то лазить по лианам ему абсолютно не хотелось. Возможно именно потому, что его не отговаривали, а уговаривали это сделать. Он ворчал и рычал, словно загнанный в угол зверь.
— Хоть рычи, хоть кричи, а ручки у тебя слабоваты, — Уху, оценивающе, разглядывал мускулатура мальчика, — хорошо, что хоть пальцы цепкие, и ноги сильные, — примат кивком головы указал на два, размером с кокосовый орех, булыжника, — а ну-ка подай их сюда.
Мальчик, которому мать перед уходом строго-настрого наказала во всём слушать учителя, вцепился в один из тяжеленных булыжников обеими своими руками, но не смог его даже приподнять или сдвинуть с места.
—
Неужели совсем никак? Попробуем тогда проверить силу твоих рук по-другому, — для наглядности примат перевернулся вверх ногами и сделал с десяток отжиманий, — теперь покажи как ты умеешь. Если сделаешь хотя бы пару раз, то на сегодня нашу тренировку можно будет считать оконченной.
Подобное обещание подбодрило парня, он упёрся руками в землю, поднял над собой тело и, не удержав равновесие, сделал неловкий кувырок.
— Вот же, недоразумение, — фыркнул примат, — слышал от других, что люди несуразные и не поддаются дрессировке, но, чтобы настолько…
С досады Уху стукнул по дереву кулаком, и на него сверху свалилась целая куча жёлудей.
«А почему бы и нет? — подумал он про себя, — Если ты не самый сильный в лесу, тогда мы будем тренировать твою скорость и реакцию».
Схватив горсть опавших с дерева желудей, орангутан принялся швырять их в Ю.
— Ой. Что ты делаешь? Мне же больно! — закричал мальчик, но, вместо того, чтобы уклоняться или убегать, он принялся кидать, бьющие его по телу снаряды обратно в обидчика.
— Ну какой же он глупый! И угораздило меня найти себе такого ученика, — Уху почесал голову, — другой бы уже на его месте, бежал бы отсюда со всех ног, а он…
Взяв свои эмоции под контроль, примат попытался погладить по голове плачущего мальчика. Но тот каждый раз пытался укусить протягиваемую к нему конечность. Вжавшись спиной в дерево, Ю держал круговую оборону.






