Высокая и со светлыми волосами, а также грудь, попа, живот и прекрасные полные бедра. Мама постоянно была на диете. Война — самое точное описание её отношений с едой. Она никогда не ест целый кусок торта, только маленький кусочек. Возможно, для неё это стоило того, чтобы влезть в размер S. Не уверена, что хочу жить также. Сейчас я рада тому, что осталась в живых.
Домой мы добрались без происшествий.
Я была не настолько знаменита, чтобы журналисты круглосуточно дежурили вокруг больницы. Ещё никогда диван в гостиной не был столь удобным. Я откинулась на спинку. Дом был всем для меня.
Дом был убежищем.
— Парень, которого увезла полиция, — начала мама, — откуда ты знаешь, что он невиновен?
— Он пытался спасти мне жизнь.
— Со слов детектива, его арестовали по подозрению в распространении наркотиков, — сказала она. — Кроме всего остального.
Я покачала головой, тут же пожалев об этом. Опять. Разговоры ни о чем.
— Ой. Ты осуждаешь его, как и Джорджия. Неважно, что он сделал до этого. В ту ночь там был только один ненормальный преступник, и это точно не он. Ну же, мам, если бы не Джон и Айзек, ты бы сейчас стояла перед моим гробом.
Мамины губы превратились в тонкую линию, она не одобрила моих слов и закончила разговор.
От усталости и скуки я листала каналы, устроившись на подушках. Обычно я могла целый день валяться перед телевизором с пультом в руках, но не сегодня. Всё казалось незначительным: старый черно-белый фильм, споры о политике, документальный фильм о лягушках, и женщина, продающая крем для лица, который гарантировал сияние кожи, как в молодости. Модель, которой она наносила крем, выглядела на четырнадцать.
Потом музыкальное видео, где девушка трясла своим задом перед камерой так, что картинка раздваивалась. Затем повтор баскетбольного матча среди колледжей, и далее Джорджия.
Джорджия?
Она сидела в белом холле с тонной косметики на лице, а её короткие темные волосы были уложены вверх. Она едва на себя похожа. Если бы не постоянно меняющиеся картинки нас двоих в лагере, селфи в кинотеатре и прочие снимки,
сделанные в её комнате, я бы никогда и не заострила на ней внимание. Вот черт, нет. Она дала им фото, где я сижу в бикини возле её бассейна прошлым летом. Мой любимый купальник в стиле ретро, но всё же. Такое фото не следовало выкладывать на всеобщее обозрение без моего разрешения.
— … она изображает крутую, но всё же Иди очень чувствительная и легкоранимая, — произнесла она.
— Должно быть, вы очень волновались за неё, — ведущий, мужчина среднего возраста с классной стрижкой, с досадой покачал головой.
— Всё верно, — её голос сочился приторной заботой. — Я не знаю, как она справляется с этим.
— Я знаю, что ваша подруга поделилась с вами тем, что произошло внутри магазина?
— Да.






