— Собираешься на вечеринку в эти выходные?
— Какая вечеринка? У Сабрины? — кажется, я вспомнила, что так звали девушку, которая оставила приглашение под стеклоочистителем моего лобового стекла.
— Ага.
Я нахмурилась.
— Не планировала. На самом деле я не очень общительна.
— Нет. — Открыв рот от преувеличенного удивления, Андерс начал соскальзывать со стула, спохватившись лишь в последнюю секунду. — Не могу в это поверить. Ты кажешься такой дружелюбной и общительной.
Умник.
— Я действительно ослепляю большинство людей, это правда. Мы можем поговорить о Джоне?
Он только моргнул.
— Приходи на вечеринку.
— Я? Зачем?
— Разве недостаточно того, что я попросил?
И я обдумывала это целую секунду.
— Нет.
— На самом деле, я могу это уважать. — Он поковырял ногтем в зубах. — Что же ты собираешься делать в этом городе субботним вечером?
Сидеть в одиночестве в своей комнате, читать книгу и съесть пачку «Орео».
Примерно в таком порядке. И это звучало как рай. Одно из истинных преимуществ
быть единственным ребенком в семье: нет необходимости делиться вкусняшками. И все же я беспокоилась о Джоне. А вытянуть информацию из этого орешка было непросто.
— Приходи на вечеринку и приведи других своих друзей, — сказал он. — Тех, что девчонки, хорошо?
Я нахмурилась. Не то, чтобы меня обычно приглашали на многие мероприятия; может быть, мне следовало приложить усилия, чтобы быть более общительной и вписаться в общество. Интересно, согласятся ли на это Ханг и компания? С другой стороны, вечеринка. Множество людей в одном месте с социальными ожиданиями и так далее.
— Я не знаю. Джон будет там?
— Андерс! — рявкнула учительница. Наверное, ей надоело играть со своим телефоном. — Помолчи.
Сжав губы от досады, он нахмурился.
Больше мы не разговаривали. В конце часа я вышла на стоянку, прохладный ветерок обдувал мое лицо. Все сияло золотом в полуденном свете. Я надела черные солнцезащитные очки и принялась второй раз за день искать ключи от машины. В один прекрасный день я разберусь с дерьмом в своей сумке.
— Эй! Иди, подожди. — Андерс на своих длинных ногах бежал по тротуару ко мне. Неудивительно, что парень занимался спортом. — Ты не могла бы меня подвезти?
— Куда?
— К трубе на старом кладбище у дороги. — Он провел рукой по бритой голове. — Джей Си не дождался меня, ублюдок, и мой сотовый сдох. Можем мы по дороге заглянуть в бургерную у дороги?
— Это даже отдаленно не по пути. И почему ты хочешь пойти на старое кладбище?
— Не туда, тупица, — сказал он. — Я хочу пойти к трубе возле старого кладбища.
Мне это ни о чем не говорило.
— Труба для скейтбординга. Да ладно тебе. Джон будет там…
Я одарила его своим самым лучшим небрежным пожатием одного плеча. Но даже я чувствовала
фальшь.
— Пожалуйста?
— Прекрасно.






