Ишь какая! Останавливается у барной стойки, быстро разувается. Смотрит на ступню, цокает языком. Красивые у нее пальчики, аккуратные. Она поправляет пластырь, а потом замирает.
Там Одинцов с Региной. Она смотрит на них, смотрит... и грустнеет.
Лёву же начинает ощутимо потряхивать.
Если до этого момента совесть иногда кусала, — крест на карьере у мужика, стремное пятно, еще и срок возможен, — теперь ее ветром сдуло.
Лёва в очередной раз проверяет виагру — на месте. Еще чуть-чуть, и народ начнет расходиться, тут-то
он и двинет тост, да такой, что Одинцову придется выпить. До дна.
А потом Лёва займется рыженькой, уж больно хороша девка. Адски притягательна. Да и Одинцов на нее поглядывает, даже вот сейчас смотрит, а это... как ни крути, рождает дух соперничества.
Лёва достает мобильник, печатает боссу: «Четко по плану идем».
Кивает своим мыслям и идет готовиться.
Глава 6
Аня
Танцовщица как бы случайно останавливается рядом с Максимом, опирается на перила и, чуть прогнувшись в спине, смотрит на огни далекого берега. Что ж. Эффектно.
От досады закатываю глаза и пытаюсь отвернуться. Да куда там! Как чертовым магнитом тянет смотреть, любопытство в тысячу раз сильнее.
Ее движения отточенные и плавные, и я вдруг понимаю, что имел в виду Пушкин, когда описывал свою Царевну Лебедь, если предположить, что ее сравнение с птицей — метафора. Не идет, а плывет!
Моя любимая настольная книга детства, а главная героиня в ней — другая. Чувствую себя деревянным буратино. Втискиваю ноги в ставшие тугими туфли, беру поднос с шампанским.
Максим
слегка улыбается, когда брюнетка о чем-то спрашивает. Точно так же, лениво и как бы нехотя, он чуть раньше улыбался мне. Роняет пару слов. Она взрывается смехом, что-то активно рассказывает, жестикулируя.
На ней костюм — узкий топ и короткие шорты, тело пышет жаром после танца и сверкает блестками, волосы длинные, до задницы.
Максим чуть выгибает бровь, слушая треп, его взгляд мимолетно, но все же оценивает спортивную фигуру, девица при этом чуть выставляет ногу вперед, как нас учили на показе одежды. А у меня сосет под ложечкой! И вообще испытываю что-то странное! Глубокую неудовлетворенность собой? Что ж так невыносимо-то?
Когда приношу шампанское, они даже не смотрят в мою сторону. Максим зависает в телефоне, а девица берет бокал и эффектно кладет свободную руку на его плечо, прямо туда, где татуировка.
Ошарашивает
понимание — эту ночь они проведут вместе. Никаких сомнений нет, уж очень круто вдвоем смотрятся. И должно быть, это нормально.
Досада ощущается все явственнее, но печалиться некогда. Да и этот грубый мужик мне никто. Я его даже не знаю! Вероятно, у него скверный характер и какое-то темное прошлое. Носит же он обереги на руках и шее, неспроста, будем думать.






