Два выстрела раздались уже довольно далеко — они явно отставали. Я забрал чуть поближе к домам, в надежде выбрать какой-нибудь знакомый дворик и начать путать следы. Вдруг впереди, из-за угла дома показалась фигура.
— Сюда, быстрее! За мной! — Голос был женский. Ничего не понимая, я снялся с мысленного автопилота и, поскользнувшись на мокрой траве клумбы, влетел за поворот между двух старых кирпичных домов.
— Ну же! Бежим! — Успев увидеть удаляющуюся спину незнакомки, я припустил за ней следом. Не оборачиваясь, она бежала, сворачивая то в один двор, то в другой, то перемахивая через низкие заборчики, то ныряя в дыры строительных заграждений. Свернув за очередной угол, я обнаружил её, стоящую лицом ко мне на расстоянии пяти метров. Шаги за спиной давно уже стихли. Двор был очень старый, освещала его всего одна лампочка над подъездом неподалёку. В сумраке, трясясь от перенапряжения и усталости, я разглядел свою спасительницу. Небольшого роста, хрупкая, она абсолютно не производила впечатления хорошей бегуньи. Чёрные волосы обрамляли симпатичное личико, с которого внимательно смотрели на меня огромные тёмные глаза.
Не в силах больше
стоять, я сел на поребрик. Девушка подошла на несколько шагов поближе.
— Не знаю, что и сказать… Спасибо тебе… — Тут же меня настигла и отдышка, и давняя аритмия сердца, и все тридцать три несчастья, которые так учтиво ждали в стороне всю погоню. В глазах всё мерцало, лёгкие выворачивало хриплым кашлем, а колени тряслись так, что это можно было заметить из космоса.
— Да, наделал ты шума. — Она подошла ещё ближе. — Но не волнуйся, нам удалось убежать. Тебя никто не найдёт.
— Боюсь, что теперь меня точно найдут. Но это уже не важно… Я сделал всё, что был должен.
Теперь она стояла прямо возле меня и наклонялась, рассматривая мою сидящую фигуру.
— Не найдут. Обещаю… — В полумраке, её губы расплылись в улыбке. И улыбка та была бы очень милой, если бы не выступила за края губ, обнажая два ряда острых белоснежных зубов на всю ширину её лица.
В моём теле словно распрямилась пружина. Ноги выстрелили, чиркнув по асфальту и отбросили меня назад, подальше от этой неведомой твари. Пролетев
метра два, я почувствовал спиной дикую боль — стальное ограждение клумбы пропороло моё пальто и врезалось в мышцы спины. В глазах в очередной раз потемнело, но я смог различить, как существо неспешно выпрямило спину и сделало шаг в моём направлении. Описать, что я чувствовал, о чём думал в те секунды, не представляется мне возможным. Всё смешалось в какой-то смертельный коктейль из виданного и невиданного, из кадров прожитой жизни и мерцания перед глазами. Животный страх дробился и смешивался с усталой апатией.






