Так активно начинает крутить головой, что я переживаю, как бы ни открутила шею себе. – Ты мне быстро понравился. Может не после первой встречи, но вскоре я поняла какой ты и... Я не смогла ей сказать. До тех пор, пока она сама наши совместные снимки у меня в телефоне не увидела. Ей тогда плохо стало. У нас дома. На несколько секунд она отключилась, а потом, в панике, я начала в ее сумке рыться, чтобы таблетки достать, и нашла ту самую фотографию. Она ее с собой таскала много лет.
–
Какую фотографию? – абсурдность зашкаливает.
Оказаться объектом чьей-то одержимости совершенно невесело. Хреново, я бы сказал.
– Фотография, где вы маленькие…, - шепчет Маша. – Ты. Сафия. И её брат. Вы там совсем маленькие. Расим ещё жив.
Просто нет слов.
Обхватываю переносицу двумя пальцами. Крепко сжимаю. Надавливаю до боли. Хочется каким-либо способом в чувства себя привести.
– У неё то же заболевание, что и у брата?
– спрашиваю.
Тишина длится какое-то время.
Ответом мне служит тяжелый вздох Маши.
Играют девчонки, конечно, по-крупному.
Одна пределы жертвенности исследует. Вторая – человеческие возможности на прочность проверяет. Остальным остается только любоваться и получать удовольствие.
– Саф сказала, что так будет лучше, что это никак на нашей с ней дружбе не скажется. Только попросила беречь тебя. Я ей обещала. И не справилась…
Если
бы можно было на часок в преисподнюю опуститься – отдохнуть, я бы с радостью.
– Надеюсь, ты не ждешь от меня восторженной реакции, Маш, - произношу сухо. – Я бы предпочел знать, что в нашем доме бывает человек, влюбленный в меня с детства, хоть я его и не помню.
– Я боялась, что ты тогда обратишь на неё внимание! Мне нравилось, что ты к ней равнодушен! И не хотела это менять, - её голос звенит отчаянием. – Вот такая вот я! Не хотела вас обоих терять. Вы двое – мои любимые люди! Я ведь не знала…
Надо спускаться. Скоро подъедет мама Сафи, но не двигаюсь. Рассматриваю поджатые, дрожащие губы Маши. Маленькая девочка, которая очень запуталась. Мы с ней делаем друг другу по-настоящему больно. Остальные бы так не смогли.
– Что было в том сообщении? Ты ей что-то написала, после нашего развода. Вы к тому моменту уже не общались.
– Я ей призналась во всем. Узнала, что ты с ней… и решила рвать до конца. Никогда раньше ей не рассказывала, что узнала тебя сразу. Она думала, что наши с тобой отношения - это случайность, - Маша невольно переступает с ноги на ногу. – Мне тогда было так больно. Но мало. Я хотела ещё.
Вот теперь она меня точно пугает.
– Ты серьезно? Да так оно и было! Я ничего не знал! Подошел к тебе познакомиться, потому что ты мне понравилась. Маш, неужели ты не понимаешь? – подхожу к ней и встряхиваю несильно.
Хочу осознанность в её глазах видеть. Хоть бери и тащи её под холодный душ.






