Я сижу за одним столом с Мироном и смотрю, как он с большим удовольствием поглощает собственноручно приготовленную еду. А самое интересное, что после его приготовления кухня осталась идеально вылизанной, если б я не видела как он это все готовил, подумала б что Мирона воспользовался доставкой
— Вкусно? — не удерживаюсь от комментария.
— Еще как! — с удовольствием отвечает парень не глядя на меня. Он с особым блаженством вымакивает куском хлеба остатки еды. — А тебе невкусно? — вдруг дергает головой вверх и ловит мой взгляд.
— Вкусно! — оживаю и начинаю выедать мясо из своей порции. Обычно я равнодушна к мясу, но с беременностью к этому продукту появилась особая страсть.
Под моим сердцем в не сомнении развивается
настоящий маленький мужчина, требующий тяжелой пищи.
— Это хорошо что вкусно, — кивает сам себе Мирон. — Я правда старался, но тарелки моешь ты.
Улыбаюсь его просьбе с легкой ноткой приказа и продолжаю:
— Для меня еще никто никогда не говорил ужин. Возможно папа готовил, но я этого, к сожалению, уже не помню.
Мирон замирает. Его челюсти перестают двигаться. Он шумно проглатывает еду и смотрит на меня:
— В мире есть еще миллион вещей которые я с удовольствием сделаю для тебя.
В его слова с трудом верится… Да как в них поверить, если подобному не бывать?
— Мирон, как ты себе представляешь нашу жизнь? Давай по-честному… это же невозможно…
— Все возможно. Было бы желание, а у меня есть огромное желание и поверь, Оля… ужин — эта такая мелочь. Я готов эту мелочь
делать каждый день.
— Заманчивое предложение, — дергаю бровью и опускаю взгляд в тарелку. Не знаю, почему избегаю прямого контакта, возможно потому что мне и вправду приятна такая мелочь, как простое приготовление ужина и совместное времяпровождение.
— Да, первое время будет сложно и возможно не то к чему ты привыкла, но я клянусь выбрав меня ты ни дня не пожелаешь о своем выборе.
— Твоя самоуверенность порой удивляет. Поражает, я бы сказала.
— Посчитаю это за комплимент, — ухмыляется и убирает в сторону тарелку. — Предлагаю посмотреть фильм!
— Фильм? — мои брови съезжаются от непонимания, потому что я правда только что ослышалась.
— Да, фильм! — без тени иронии подтверждает Мирон. — Пока ты будешь занята мытьем посуды я заварю нам вкусный чай и мы будем вместе смотреть фильм.
— Это какой-то сон, — улыбаюсь и продолжаю выбирать оставшиеся мясо.
— Только не говори что ты не любишь залипнуть в фильм перед сном, — хмурится
и складывает руки под грудью.
— Перед сном я обычно люблю заниматься сексом, а потом…
Черт! Вот же я дура! Надо же было такое ляпнуть вслух?
А Мирон оживает как по щелчку пальцев. Глаза блестят как новогодняя гирлянда, а на губах расцветает привычная ухмылка.






