Когда фигуру оперативника скрыли яркие пятна городских огней, Габриэль перевёл взгляд на раскрытый футляр с наркотиком. Образцы требовалось сохранить, но шансы попасться на досмотре оставались довольно высокими. Если Бард прав насчёт ушей Синдиката в местном отделении СБ – светить своими связями на Побережье не стоило.
Старик
достал все четыре капсулы и закинул их себе в рот, а пустую коробочку убрал в нагрудный карман.
Не разжёвывая, Локк сделал одно сильное глотательное движение.
С заходом последнего светила температура упала до вполне приемлемой – где-то плюс сорок по Цельсию. Пляж потихоньку оживал: у кафе собирались люди, а по берегу гуляли пары. Стали слышны звуки музыки, придающие ночной жизни ритм и гармонию.
Рядом с ногами Габриэля вылез из укрытия детёныш каменного краба и угрожающе защёлкам клешнями. Член Команды наклонился и зачерпнул песок с инопланетным существом.
– Человечество безнадежно, – заявил Локк, обращаясь к маленькому хищнику в своих ладонях. – Оно не прекращает искать способы скрыться от жестокой реальности, хотя все предпринимаемые меры временны и лишь ускоряют приближение конца. Впрочем, есть ли вообще выбор у обречённых? Этот мир, так или иначе, уничтожит всех ныне живущих. Кого-то раньше, кого-то позже.
За время короткой речи ни голос старика, ни его лицо не изменились. Ничто не указывало на факт употребления Локком смертельной дозы запрещенного вещества.
– Этой планете так не хватает луны, – добавил Габриэль бросая короткий взгляд в тёмное ночное небо.
Глава Службы
Безопасности отпустил нервничающего краба, встал и направился к пристани, где его ждал быстроходный катер. Примерно за час он доберётся до морской платформы, чтобы там пересесть на любой из пустых дирижаблей, возвращающихся в столицу за новой партией строительных материалов.
Всё доступное время путешествия следовало потратить на глубокий анализ текущей ситуации и составление доклада с рекомендациями. Завтрашняя встреча с членами Комитета обещала быть не менее жаркой, чем предстоящее Схождение.
Глава 2
Служебный автобус двигался мимо центральной городской площади, после которой начиналась третья транспортная развязка. Даниэль Иссерлэйн, один из многочисленных пассажиров, направляющихся на работу, устало приложил лоб к горячему тонированному стеклу. Покрасневшими глазами он рассматривал памятник Подвигу Основателей.
Величественный монумент,
вытесанный из чёрного камня, изображал трагичные события времён Посадки: взрослые, объятые застывшими лепестками пламени, передавали младенцев в протянутые к ним руки детей и подростков. Так была увековечена память о произошедшем на территории первого поселения Эдема грандиозном пожаре, в котором погибло множество колонистов.






