Имперские барты, какое-то время прикрывавшие сотоварищей с тыла, увидев, чем всё закончилось, предпочли сдаться без боя.
Высаживающемуся на причалы десанту никто не препятствовал, и ничего удивительного в этом не было. Догадавшись, что флота у них больше нет, правители Синей гавани решили не искушать судьбу и сдались нам без единого выстрела.
Чтобы взять под контроль весь город, батальерам понадобилась целая ночь.
Подозреваю, что без привычных «шероховатостей» тут конечно не обошлось — в отношении побеждённых достаточно часто допускаются разные «вольности» — однако ни возмущаться, ни тем паче наказывать кого-нибудь из своих я не стал.
Да, этой ночью кого-то пограбили, кого-то убили и даже, возможно, снасильничали, но поскольку никто ко мне утром с жалобами не обращался, значит, претензий у местных жителей не было.
Законы войны, понимаешь. Их, как историю, пишут всегда победители…
К утру в захваченный город подтянулись
наконец основные силы драаранского флота.
У пирсов всем места, ясен пень, не хватило. Нормально причалить и пришвартоваться смогли только те, кто вёз большое начальство — командоров больших баталий и их ближайших помощников. Все остальные встали на рейде, кто на внутреннем, кто на внешнем, однако опять же — согласно неписанным, но тем не менее почти всегда соблюдавшимся правилам «берегового братства». Все батальеры равны, но, ежели у кого-то из них больше заслуг, кораблей и бойцов, то он, безусловно, равнее…
Самые равные, включая меня, собрались на совещание ближе к вечеру.
Оно проходило в здании администрации порта, в кабинете начальника. И хотя сам начальник, по известным причинам, в доме отсутствовал, участников совещания это ничуть не смутило.
Обсуждали, как водится, многое-разное, но, в первую очередь, всех волновало сакраментальное «Как будем делить?», а во вторую, «Что дальше?»
Два вечных вопроса мировой философии, какие в природе родных осин непонятным образом трансформировались в совершенно дурацкие «Кто виноват?» и «Что делать?»
На оба последних я, помню, когда-то ответил «Чубайс» и «Жить и не париться».
Сегодня пришлось отвечать на первые. Пусть даже не в первый раз…
По поводу дележа заявил, что, мол, как договаривались, так и будем, чего рассусоливать-то?
Мой ответ командоры Бунтао, Таретти, Шандор и Гарсиа приняли с плохо скрываемым облегчением. Видимо, до последнего мига не верили в то, что я не стану борзеть и, пользуясь правом удачливого командора, едва ли не в одиночку разбившего вражеский флот и взявшего Синюю гавань, не потребую для себя существенно большей доли.
Жаль было их разочаровывать, но я, в самом деле,
каких-то коварных планов на эту тему не строил.






