И это переживу, главное починить моего вездехода.
Взял курс к Егоровне, но той не оказалось дома. Слышал знакомый лай — Волк. Учуял меня. Потерпи, брат, сегодня же заберу тебя домой. За забором отчаянно заскулили, сжав моё сердечко. Чёрт! И где вас вечно баб носит?
Глянул на часы — полдень. Сейчас бы чаю с каким-нибудь дополнением. Или тем же пирогом, что ел с утра. Интересно, где его родина? Неспешно поплёлся вглубь посёлка. Знаю только пару-тройку мест с домашней выпечкой. Первой по маршруту будет Ульяна Фёдоровна — местная матёрая бизнесменша, что держит закусочную и продуктовый магазин. Заведение пестрило совдеповской "мишурой", напоминая о восьмидесятых годах. Даже за прилавком стояла не продавец, а товарищ-буфетчица Марина с пергидрольными кудряшками и грудью пятого размера, а ей ведь не больше сорока.
— Здравствуй, Антошенька, — мягко промурлыкала она голосом Анжелины Джоли в дубляже. — Давно не был у нас. В рейс уезжал?
— Да. Вчера вернулся, — ответил я без лишних мыслей в голове.
— Это замечательно, Антош. А я вот вчера прибиралась у себя в доме. У шкафа дверь начала провисать. Может заглянешь, посмотришь? У тебя золотые руки, — и многозначительно опустила глаза куда-то ниже моих рук.
Ага, золотые… Только ли руки? Хотя я не против, всё же здоровый нормальный мужик. В голове тут же воскрес синий взор бешеной Белки. Не, пока не избавлюсь от балласта, лучше нигде не задерживаться. А то задержусь и дом спалят ненароком. Открытым они его уже оставляли.
— Мариш,
прости, я с удовольствием, но, боюсь, не выйдет. Горю. Машину вчера разнёс в пух и прах. Надо срочно ремонтировать. Не обижайся.
Марина сперва хмуро повела бровями, но после расплылась в натянутой улыбке.
— Какая досада! Ты надеюсь не пострадал?
Нет, но лучше бы убился и забылся вечным сном.
— Нет, со мной полный порядок, а вот с фурой накладка. Михалыча вот приехал просить, чтобы помог. Кстати, у тебя есть пирог с маком и вишнёвым джемом?
— Конечно. Ты только никогда его не брал раньше, — удивилась товарищ-буфетчица.
— И был полным кретином. Попробовал в рейсе подобный и вдруг вспомнил про твой. Решил испробовать местный гастроном, — улыбнулся Марине и вдруг ощутил на себе её тяжёлый масляный взгляд.
— Мой пирог, самый лучший пирог в мире, — прозвучало немного пошло, и я, нервно улыбнувшись, кивнул.
Егоровна, давай быстрее, а то рискую валяться изнасилованным где-нибудь на окраине посёлка.
Буфетчица ускользнула выполнять мой заказ, а я осмотрел заведение. Всё те же занавески, пыль с окон года два не протиралась, а посуда пластиковая. Здесь явно не до чистоты. Молчу о том, что Мариша выполняет тут и роль продавщицы, и официантки. Этим и поделился с ней, когда барышня принесла мой заказ и тучно опустилась на соседний стул.






