Машину, похитившую Надю, заметили буквально через минуту, и Герман сильнее вжал педаль газа в пол. Мирон заметил нас почти сразу, приветливо моргнув аварийками. Сука, ещё и издевается.
Гнать по ровной трассе было одновременно и жутко, и удобно. Сзади заметил ещё две патрульные машины. Отлично! Но видимо гонщику впереди нас не было равных. Мирон вильнул на встречную полосу, едва ли не под колёса огромной фуры, огибая большегруз слева, и проскочил мимо него вдоль обочины. Махина на колёсах, потеряв управление, вышла уже к нам на встречу, перекрыв дорогу всей своей тушей.
— Твою мать! — в досаде
вырвалось из моего нутра, видя, как Герман пытается экстренно тормозить.
— Умная сволочь! — выдохнул Беспалов.
— Весь в родного дядю! — рыкнул в ответ, вылезая из машины. В негодовании хлопнул дверцей так, что зазвенели стёкла.
— Мы найдём девушку, спокойно, Антон, — младший следователь попытался говорить обнадёживающе. — Прости, но у меня складывается ощущение, что Надя ему интересна уже не как средство самозащиты.
В ужасе посмотрел на мужчину, неожиданно поняв, что в подобной шкуре, однажды уже был. Всё с той же Олей.
Беспалов принял решение ехать сначала в больницу к Калиным. Олю оперировал сам Дементьев, и сейчас девушка металась между жизнью и смертью под литрами антибиотиков и физрастворов. Ярослав черной тенью рассекал коридор, переживая за жену и думая о проблеме, что решилась лишь наполовину.
— Его цель всё та же, — думал вслух следователь, сунув в рот какую-то маленькую таблетку. — Насколько важна ему Надя, мы не знаем, но то, что девушка может погибнуть обязаны считать, как факт.
— Ты лучше думай, как бы поступил ты на его месте, — хмуро зыркнул на друга.
Калин осекся, болезненно обернувшись.
— Не об этом речь, Антон, — тихо произнёс Герман.
— А, по-моему, именно об этом, — страх за Надю, подбивал на бесконтрольность. — Мирон — твой родной племянник, который
действует, думает и говорит, как Ягуар. Как ты в прошлом. Он — твоя точная копия! Поэтому речь именно об этом! Как бы ты поступил, Яр?!
Видел, как друг хмуро водит челюстью, явно принимая от меня эту своеобразную оплеуху. Стало немного стыдно, но вопрос мной задан верно. Если эти двое — родная кровь, то действительно могут мыслить одинаково. Это может помочь спасти девушку.
— Почему ты тогда не убил Олю, когда ворвался в её дом? — те болезненные вопросы, на которые надо дать ответ.
— Она понравилась мне. Я возненавидел всех вокруг, когда понял, что должен её убить. Я не смог. Я лишь сделал видимость, что выполнил приказ брата, а сам молился, чтобы она выжила.
— В комнате, где содержалась Надя обнаружена пустая бутылку с водой и немного еды, — продолжал Герман. — Мирон не был заинтересован держать девушку голодом. Следы крови и прочего также отсутствуют.






