Так смой с дочери Божьей Марии все ломочи, пощипочи, потягочи с ясных очей, с черных бровей, с ретивого сердца, с жилы ходучей, с крови текучей, со всего тела белого. Да будет так», - прошептала в стоя прямо под лейкой, чтобы ни один участок тела не остался без целительной влаги.
Приняв душ и переодевшись, почувствовала себя значительно легче. То ли вода действительно помогла прийти в себя, то ли наговор, но результат был, как говорят, на лицо.
Оба светила, что озаряли багровыми лучами уставшую от суетного дня землю, уже катились к закату. Значит проспала я часа три-четыре, не больше. Но и этого времени хватило, чтобы резерв мой восстановился чуть ли не на половину. О лечении пока думать не стоит, не вернулась еще бодрость в тело окончательно. Только подкрепиться, да и вновь завалиться спать.
В столовой было шумно и оживленно, видимо только-только сели за стол, так что я даже вовремя. Моча прошла к своему месту, где уже стояла полная тарелка наваристого бульона с зеленью, мясо домашней курочки и гренки по моему рецепту.
Сказать, что я удивилась такому меню, значит ничего не сказать. У нас было много мяса, но это мясо дичи, а никак не домашней птицы.
– Откуда? – только и смогла вымолвить, вдыхая привычный мне аромат свежесваренного бульона.
– Деревенские принесли, - с какой-то затаенной гордостью произнесла Лисана. – Как воочию увидели твою силу, так и прониклись сразу.
Мне вдруг стало смешно. До этого дня значит не признавали, пока сами своими глазами не увидели? А зачем тогда ехали ко мне за помощью? Ведь Марко многих возвращал обратно и не раз. Не смертельно больны были просители, им и знахарки
могли спокойно помочь.
Покачав головой, приступила к ужину. Плевать кто и о чем обо мне думает, главное, чтобы не вредили, как «дядюшка»… Всплывший в сознании образ старика оказался едва не лишил аппетита, благо я успела основательно подчистить свою тарелку и умять несколько кусочков белого мяса.
Когда первый голод был утолен, я неспеша переводила взгляд с одного домочадца на другого. В принципе все было хорошо и вели они себя как обычно. Лишь Дэней и магистр выбивались из колеи. Оно и понятно. Магистр, как, впрочем, и я, еще не успел отойти от лечения капитана. Был бледен и немного рассеян. Дэней же скорее всего нервничал из-за задержки. Наверняка обещал своей возлюбленной вернуться до ужина, но, как говориться, не судьба.
К чаю Лисана испекла сладкий пирог и выставила на стол творог. Видимо вопрос в моих глазах читался настолько явственно, что она поспешила прояснить:
– Молоко сквасилось, вот я и решила сделать из него творог. Вы ведь этого хотели, Ваше Сиятельство?
Пришлось кивнуть головой в знак согласия.
– Я думала вы не умеете его делать, - поделилась своими мыслями, чувствуя, как лицо заливается краской.






