Если сравнить это с Боротно, где до сих пор самой дальней постройкой была печь для обжига кирпича в километре от дома Тимофея и небольшая изба рядом, то Илемно раскинулось еще шире. И почти вся эта территория была чем-то занята, когда в Боротно оставались открытые и незанятые пространства. Ну разве что поле добавить, распаханное по этому году, тогда площадь получалась примерно одинаковой. Но с другой стороны поля построек никаких не было, так что деревня по идее заканчивалась перед ним, а не после.
Что неприятно удивило Тимофея, тут было мягко сказать «грязновато». Нет, конечно это был не свинарник,
но уборка мусора, вполне логично для этого времени, была уделом каждого, а все поголовно чистюлями явно не были. Конечно, природа помогала справляться с этой напастью, но когда большое количество людей собирается в одном месте, сил ее не хватает. Сейчас все было более менее прикрыто снегом, но ветер все равно периодически разносил разный мусор, не говоря уже об отходах жизнедеятельности животных, которым и ветра не надо. Здесь с количеством скота явно проблем не было.
«Интересно, куда он дел тех лошадей. Может продал уже? Обидно будет, у него наверняка подешевле бы сторговался.» — размышлял Тимофей.
Этот вопрос с боярином намеренно не поднимался. Вообще сегодня Тимофей и Прокоп старались как можно больше предложить и пообещать боярину, чем просить. Поэтому ни о каких лошадях, скидках на закупку или даже про полную цену за свой товар речи не зашло. В первую очередь акцент делался на стоимость привезенного налога с неоднократным упоминанием того, что летом было передано еще 30 гривен серебром, а также про планируемое увеличение его в следующем году за счет объема продукции. Ни намека на летний набег, увеличенный оброк, дружину посланную для подавления возможной смуты и даже на цену товаров, которая изначально должна была быть не меньше чем у купцов, речи не заводили и старательно обходили эти темы стороной.
Основным
тезисом было то, что «мы боярин делаем, будем делать еще больше, ты только нас защищай, а мы еще и с обеспечением воинов поможем». А проблемные темы можно было и потом постепенно обсуждать, когда его отношение к деревне изменится в лучшую сторону.
— Самострелы купил? — спросил Тимофей у подошедшего Игната, сопровождаемого вездесущим Лютомиром.
Они вдвоем задержались у местного кузнеца и по совместительству оружейника, так что Тимофей на краткое время был предоставлен самому себе.
— Заказал десяток, у него не было. Через две седмицы заберу. Он, кстати, согласился четверть цены дегтем взять и одну десятину мылом.
— Это весть добрая. Серебро нам и самим нужно.
— Не дело это. — буркнул Лютомир.
— Почему не дело? Боярин не запрещал. — пожал плечами парень. — А вы и присмотрите, с нами же остаетесь.






