Она опять оттолкнулась своими ногами и метнулась в сторону от моего удара, а палка со всего размаху угодила по израненной руке и с противным треском переломилась.
Баюкая раненую и пульсирующую от боли руку я снова побежал вперед, не очень разбирая, где тропинка, а где нет, потому что густые кроны деревьев почти не пропускали свет, а высоченный кустарник, начал медленно сплетать свои шипастые ветви прямо над моей головой, мерно покачивая темно-зелеными, почти черными листьями и ярко-красными, казалось бы даже светящимися цветами. За моей спиной стало уже столько насекомых, что они уже бежали друг по другу, а не просто по земле, и даже не думали отставать от моего бега, а наоборот приближались метр за метром.
Между нами осталось чуть больше тройки широких шагов и ближайшие твари начали прыгать на меня, пытаясь дотянуться, но не доставая совсем чуть-чуть падали на землю и почти сразу оказывались под лапами других преследователей.
Это было похоже на какие-то речные волны, состоящие из громадного количества многоглазых тел и миллионов мохнатых когтистых лап.
Впереди, в паре десятков метров, в центр тропинки ударила молния, а я от неожиданности метнулся в сторону и разодрал себе правый бок о шип кустарника, который был похож на маленький кинжал, и упал. Собрав в себе всю решительность и волю, оттолкнулся от земли руками, помогая быстрее встать, резкий рывок и… Я снова лежу на земле, а из распоротого бока течет кровь. Много крови. Дышать резко стало тяжело, а тело скрутило судорогой.
Голова коснулась земли, а взгляд уперся в сотни, тысячи, десятки тысяч пауков самого разного размера. Они медленно, шаг за шагом, сантиметр за сантиметром приближались.
Яркая молния блеснула где-то позади этой толпы и было совсем не понятно где она заканчивается. Они были на тропинке, на кустах и даже друг на друге. Шаг, еще шаг и к лицу тянется первая лапа.
Глава 4
Подскочив на ноги Тимофей дико заозирался по сторонам, схватился за бок правой рукой, потом вспомнил, что она должна быть повреждена и схватился левой, сначала за руку, а потом и за поврежденный бок. Новая вспышка молнии за окном слабо осветила помещение, а раскат грома прокатился по округе.
— Это сон… Это просто сон. — забормотал парень и бегом бросился на улицу.
Там шел дождь. Не сильный, но это и не важно. Главная ценность была под угрозой! Огонь. Как он будет без костра?
Выскочив за дверь Тимофей подбежал костру, в котором оставалось тлеть всего лишь несколько угольков. Мало того что костер прогорел за это время, так еще и поливал дождь. Выплеснув воду из котелка, он скинул с себя рубаху, одним махом протер его внутри, и этим же котлом зачерпнув угли из костра побежал в дом, накрывая его сверху телом.






