Ага, и снова пойду в земле копаться и потеть, таская тяжести. А можно и поесть.
Или можно пойти сделать еще пару верш для ловли рыбы. Вдруг в одну ничего не поймается, а если будет несколько, то шансы выше. Её можно и завялить, чтобы хоть минимальный запас был, соль есть. Мало правда. А еще, раз я буду делать верши, то можно попробовать и ножи заточить о камни. Ну как-то же их в древности точили, не сами же они острыми становились. Значит можно и обычными камнями это потихоньку сделать. Долго наверное будет, но времени все равно вагон, Прокопия этого так и нет, когда наступит «скоро», не ясно. Вот и займу себя полезным делом. Хотя и лежать тут тоже приятно и время убивает. Привык уже даже к такой кровати, кто бы мог подумать? И ничего, сколько прошло, неделя? Больше? Всего то…
Или все-таки поесть?»
В верше плескалась небольшая рыбка, грамм на 200 примерно, что очень обрадовало Тимофея,
но сначала по плану была стирка и мойка. Ради этого он принес с собой полный котелок золы из костра. И все прошло очень даже хорошо. Сначала он попробовал намочить себя и растирать золу, но потом пришел к выводу, что это не очень удобно и просто добавил воды в котелок. Так пошло быстрее и удобнее. Затем нанес эту смесь на одежду, пожамкал, смыл, повторил и вот вроде все готово. Осталось только одеться, закинуть рыбину в чистый котелок и отнести к костру.
А возле кострища Тимофея поджидал старичок. Сидел посасывая соломинку и смотрел на разгорающийся огонь.
— Здравствуйте — голос парня звучал не уверенно.
С одной стороны старичок не выглядел опасным, с другой стороны, кто их тут знает, этих дикарей.
— И тебе здравствуй. Я один приехал. Зови меня Прокоп. — бодро поздоровался дедок и внимательно осмотрел внешний вид паренька.
— Кхе. А чего это с тобой? Одежонка то плохенькая. Да и где все? Михайло и Бирюк тут?
Похоже и этот был не в курсе происходящего и все пришлось рассказывать по новой. Но старик, в отличии от предыдущего гостя, хотя бы проявил какие-то эмоции. Тому мужику вообще оказалось все равно, что тут кучу народу перебили, только о чем-то своем и размышлял похоже. Прокопий же сразу заметно погрустнел.
— Что и детей тоже? — грустно выдавил он. — Или забрали с собой?
— И детей… — тихо добавил Тимофей, вешая над огнем котелок с водой.
— И что теперь делать? Я же сюда столько ехал, добро вон свое вез почти неделю, дом отдал. Там уже Рося живет. А тут ничего и нет?
— Деда, а есть позвонить?
— Какой я тебе деда, и церквей тут нет! Ты чего, в иноки идти удумал, а тут кто поднимать землю будет? Опять один Прокоп все сделает? — с наездом процедил старик и пошел к своей телеге.
Настроения разговаривать дальше у Прокопия похоже не было. Да и понятно, тут похоже все планы сломались. Дом продал, вещи перевез, а тут на новом месте ничего и никого нет.






